Леди Малиновой пустоши стр. 116
и продолжали ей потакать. Вы оставайтесь и живите здесь, у меня к вам претензий нет. А что делать с Элизи, подумаем завтра. Дай Господь пережить сегодняшнюю ночь. Мак-Дональд ведь все равно ночью явится вместе со своей бандой. Так что, дорогие мои домочадцы, ничего ещё не закончилось! И сегодняшнюю ночь вам предстоит провести в убежище. Одевайтесь в теплую одежду, какая есть, берите одеяла, чай, запас еды и идите в убежище. Кестер дорогу покажет, и они тоже идут туда же. А Элизи посидит под замком в подвале, там тепло и сухо. Пока все, идите собираться.
Все, кроме охранников, молча встали и пошли собираться. А я тяжело опустилась на стул и перевела дух. Казалось бы, что тут особенного, сказала и все. Но моральных сил ушло много. Плохо, когда предают, а когда предают свои — больнее всего.
Но мои домашние тоже повели себя достойно — никаких слез, истерик, криков типа — Шеф, усе пропало! Спокойно пошли собираться. И даже дети восприняли все спокойно, Уилли так даже радовался приключению и, подпрыгивая от нетерпения, тянул Рини за руку — быстрее собираться.
И впрямь, минут через сорок они уже стояли в холле, укутанные в теплые одежды, с пледами и одеялами в руках. Кестер, помимо этого, держал в руках большую корзину с запасом провианта, который быстро подготовила сообразительная Липа и с небольшим запасом свечей и огнивом. Дети держали в руках любимые игрушки, Юна так и не расставалась с подаренной куклой. Я, стараясь приободрить малышку, ласково сказала.
— Юна, ты молодец! У твоей куклы такое платье красивое! Ты сама ей сшила? А как зовут твою куклу?
Девочка подняла на меня взгляд и робко прошептала.
— Ее зовут Мэри… а платье мне мама помогла сшить из красивых лоскутков, сказала, что вы не будете сердиться, что я взяла эти лоскутки. Они, правда, совсем маленькие!
— Ну что ты, Юна, конечно же, я не сержусь! Зато смотри, какое платье получилось. Ну, все, беги к маме и будь умницей, ничего не бойся и не плачь! Утром я приду за вами, и вы все вернётесь в свои комнаты!
Поцеловав на прощание сына, я стояла и смотрела, как мои домашние, цепочкой, по одному, скрываются в тайном проходе, впереди шел Кестер, показывая дорогу, а замыкала группу Кресса, с заплаканные лицом и периодически шмыгая носом. Ничего, смирятся со временем и с этим.
Пока вокруг затишье и ещё только смеркается, полной темноты нет, пойду, и я приготовлюсь к нападению. Грегор предлагал и мне уйти в убежище, но я отказалась. Не смогла бы я там сидеть в полной неизвестности, когда там, на стенах, сражаются и, возможно, гибнут люди за мое добро. Лучше я буду с ними, и все буду видеть своими глазами и смогу принять нужное решение, если что. Но вначале я буду тоже сражаться за жизнь своей маленькой семьи и тех людей, что поверили мне. Опять мое "выездное" платье с юбкой-брюками, плотная косынка на голову, наручи с кинжалами, сапожки без каблуков, больше похожие, правда, на чуни, но ходить в них удобнее, арбалет за спину. Пора, наверное, уже сшить себе нормальные штаны с длинной туникой и не маяться в этих платьях. И