Ледяной ветер Суоми стр. 79
что тогда предъявит обвинение?
– Значит, пусть плывут в Германию с морскими секретами?
Сыщик пытался его успокоить:
– Контрразведка может законопатить их в тюрьму и долго вести дознание. Но газеты поднимут вой: репрессии, гонения на безвинных финляндцев, долой самодержавие… Главное, военные знают, что этих двоих выпускать из виду нельзя. Покинуть страну законно им не дадут.
– Бывалые люди легко выедут другим способом. Знаете, сколько судов насчитывает торговый флот Суоми?
– Нет.
– Три с половиной тысячи единиц. Наймутся в экипаж и уплывут в Швецию. Или зимой перейдут туда по льду залива.
– Я передам вашу обеспокоенность контрразведчикам, – пообещал Лыков. – Что с вами? Вы сегодня особенно желчный.
– Тиландер дал мне поручение, которое не хочется выполнять. Я же бухгалтер, мое дело – сводить баланс и вести кассу. А он велит создать пробный маршрут для тайного перевода молодых людей в Швецию.
– Это в развитие того, о чем вы сообщили? Для подготовки военных инструкторов за границей?
– Да, – Клэс взлохматил свою седую шевелюру. Было видно, что он сильно раздосадован. – И не просто создать маршрут мне поручено. А сделать это в компании с Риекки, студентом-диверсантом. Мокомакин кетку!
– Как-как?
– Кровавый мошенник, – перевел агент свою брань на русский.
Командированный обрадовался известию, но не подал виду. Студент с талантами разведчика давно его интересовал. Лииканен сторонился юного дарования, а
теперь сама судьба заставит их работать на пару. Судьба в лице руководителя гельсингфорсского отделения «Союза свободы» Каарло Тиландера.
– Клэс, – начал он осторожно, – вы сказали мне о проекте, но ведь то были лишь наметки. Активисты ждали войны.
– А теперь решили не ждать. Сделать один пробный маршрут заранее, он станет образцом для других. Когда Антанта и Тройственный союз сцепятся, у них уже все будет наготове.
– Вам придется уехать из Гельсингфорса?
– Да, на несколько недель. И связи со мной не будет. Риекки подозревает всех и каждого, за мной он тоже будет приглядывать. Я сумею сообщить о результатах, только когда вернусь. Пока запишите то, что известно.
Алексей Николаевич вынул блокнот и вечное перо, и освед начал рассказывать:
– Наш с Эско этап начинается в Выборге, дальше проходит Гельсингфорс и идет по побережью: Або, Кристинестад, Ваза, Улеаборг, и заканчивается он в Кеми. Это маленький городок в шестидесяти километрах от шведской границы. На самой границе стоит Торнео, но там решено этапа не иметь, слишком близко к Швеции. А значит, сильный контроль, пограничники, таможенники, контрразведка, гарнизон русских войск… В Кеми же этого всего не будет. Полицейское управление полностью состоит из активистов движения. Они прикроют махинации с паспортами, пропиской и укрытием для беглецов.
– Хитро придумано, – отозвался Лыков.
– Да, подход профессиональный, как будто их учили шпионству.
– Может, и учили, – предположил питерец. – В отделе III-B германского Генерального штаба.
Но финн отверг это:
– Я бы знал. Просто они умны, их много, и у них общая цель – независимость Суоми. Кофе хотите?
– Мне бы чаю, но его у вас нет. А! Давайте ваш кофе… С волками жить – по-волчьи выть!
Лииканен разлил напиток по чашкам и продолжил:
– Последний этапный пункт в Кеми уже создан. Я вам прежде называл гостиницу «Осула», это небольшой гостевой дом на окраине города. Владельцу фамилия Хейсканен, проводнику – Винтер, а начальнику этапа – Косола. Все трое – германские агенты, состоят на жалованье. Никого они еще через границу