Ледяной ветер Суоми стр. 82
почтительно доложил:
– Произвело впечатление.
– Ага… Ты, Порфирий, поругивай все русское и похваливай финское. Только не переборщи. Там люди неглупые, фальшу заметят. Налегай на то, что любишь вежливое обращение.
– Слушаюсь.
– Ну, ступай. После разговора с хозяином придешь ко мне в магазин, доложишь. За тобой могут следить – пускай следят. Мы чай кумовья! Ты зашел за советом к бывшему своему фельдфебелю. Так всем и отвечай.
Соискатель выждал два часа и опять явился в «Оялы». Владелец магазина был предупрежден приказчиком и принял русского. Долго расспрашивал, особенно придирчиво насчет залога. Упомянул и командира телеграфной роты Двадцать второго саперного батальона капитана Грюнвальда. Оказалось, что они
знакомы – их дети ходят в одну гимназию. Погоняв отставного ефрейтора по маркам телефонных аппаратов и видам электрических моторов, Майдель сказал ему:
– Я подумаю. Зайди через три дня.
– Они будут наводить справки, – пояснил фельдфебель куму. – Там у тебя полный порядок, торгуй в лавочке и жди.
Тем временем контрразведка стала изучать торговые операции магазина. И сразу заметила, что часть предметов электрического освещения приходит туда на условиях «франко-валюта». Это смахивало на уловку, применяемую в шпионстве. При «франко-валюта» товар поступает бесплатно, фирма-получатель реализует его и из вырученных средств рассчитывается с агентурой. Не надо пересылать деньги из-за границы с риском, что платеж отследят.
Ровно через три дня Порфирий Алемасов опять явился на угол Михайловской и Правительственной. Место было престижное – тут вокзал, там университет, народ валил валом.
Майдель, увидев соискателя, махнул ему рукой:
– Заходи.
Русский почтительно сдернул с головы картуз:
– Здравия желаю!
– Здорово. Ну, я поговорил с капитаном Грюнвальдом. Ты не соврал, мнения он о тебе хорошего. Когда сможешь приступить?
– С четверга как штык.
Хозяин поморщился:
– Как штык не надо, надо как хороший финн: аккуратно и на совесть.
– Так точно, буду на совесть. Позвольте полюбопытствовать насчет жалованья.
– Сто двадцать марок.
– А… ежели я большой заказ приведу? К примеру, от электротехнического батальона Первого Свеаборгского крепостного полка.
– А у тебя там знакомства? – навострил уши финн.
– Так точно. У меня и в других местах есть, где армия стоит. Насчет флота так же. Мы, отставные, друг дружку знаем и из виду не теряем, помогаем кто чем может. Так что насчет комиссионных?
– Проведи меня в крепость, я сам поговорю с офицерами, – предложил Майдель. – Сумеешь? А то нас туда не пускают, нужен особый пропуск.
– Попробую спроворить, – сделал важное лицо Порфирий. – А…
– Комиссионные – десять процентов.
– Годится, ваше степенство. Так я приду в четверг? Постараюсь с пропуском в крепость.
– Жду.
Вечером штабс-капитан Насников выслушал доклад ефрейтора в задней комнате магазина Лошадкина.
– Клюнули на крепость? – обрадовался он.
– Так точно, аж глаза забегали.
– Там строгий режим, а им любопытно: что за батарея из новых пушек объявилась на Лагерном острове. Ладно, покажем им батарею. Еще вот что в следующий раз подбрось ребятам. Во Второй минной дивизии есть Восьмой дивизион, у его миноносцев газолиновые двигатели. Немцев такие двигатели сильно интересуют. Обронишь к слову, что у тебя в дивизионе земляк – сверхсрочнослужащий кондуктор по электрической части. Можно-де устроить, чтобы закупки моряки делали в его магазине.
– Восьмой дивизион Второй дивизии… – повторил для памяти Алемасов. – Попробую, ваше благородие. А кондуктора вы где возьмете? Если они заинтересуются.
– Готовим. Мы твоим работодателям,