Легион смертников стр. 9
меньшей мере не уступал в боевом мастерстве лучшим солдатам Римской империи.
Триерарх, заметивший, что Макрон вышел на палубу, подошел к нему и приветственно кивнул.
— Доброе утро, командир.
— Да неужто? — скривившись, ответил Макрон. — Я нахожусь на маленьком корабле, набитом людьми, посреди вод морских, и даже без кружки вина, чтобы скрасить одиночество. Чего уж тут доброго…
Триерарх Полемон поджал губы и поглядел вокруг. Небо чистейшее, над головой лишь с полдюжины ярко-белых облаков, плывущих в вышине. Легкий ветер дует в парус, наполняя его, как живот пресыщенного эпикурейца; волна слабая, и корабль мерно покачивается на ней. По правому борту виднеется тоненькая полоска земли, слева — только горизонт. В четверти мили впереди — корма другого корабля, оставляющего за собой белый пенный след. Лучшего дня моряку и желать сложно, подумал триерарх.
— О чем можешь доложить? — спросил Макрон.
— Есть о чем, командир. Утром открыли последнюю бочку с соленой бараниной. Сухари кончатся завтра. Выдачу воды пришлось урезать наполовину.
Триерарх счел за лучшее не высказывать своего мнения по поводу скверной ситуации с припасами. Решать, что делать дальше, не ему, и даже не Макрону. Приказ о повороте к ближайшему порту для пополнения запаса провизии мог отдать только префект.
— Хм-м, — хмуро отозвался Макрон.
Они оба посмотрели на идущий впереди корабль, будто
пытаясь понять, о чем думает Катон. Тот продолжал поиски, как одержимый. Но уж это центурион мог понять без труда. Он несколько лет прослужил вместе с Катоном, и с недавних пор тот стал старшим по званию. Однако повышение, полученное Катоном, было заслуженным, и Макрон без труда принял смену ролей, хотя до сих пор испытывал странное ощущение от того, как изменились их отношения. Катону набежало двадцать с небольшим лет, он был худощавый и жилистый, но в этом теле жили мастерство и отвага. А еще ум, который позволил ему выжить среди всех опасностей, с которыми они столкнулись за эти годы. Если бы Макрон и хотел себе кого-то в начальники, то именно Катона. Сам он прослужил в легионах больше пятнадцати лет, прежде чем выслужился до центуриона, и опыт еще раньше подсказывал ему, что его товарищ далеко пойдет. Но не настолько, с сожалением улыбаясь, подумал Макрон.
Когда он притащился в крепость Второго легиона на рейнской границе, Макрон думал, что этот худой юнец не выдержит тягот предстоящего обучения военному делу. Но Катон доказал обратное. Он оказался целеустремленным, умным, а главное — отважным. Спас Макрону жизнь в стычке с племенем германцев, нарушивших границу Империи, в первом же бою. С тех пор Катон не раз доказывал, что он первоклассный легионер. И лучший друг из всех, какие были у Макрона. А теперь вот его повысили до префекта, и он вдруг стал Макрону командиром… Оба с трудом привыкали к новому положению.
Префект решительно продолжал поиски Аякса не только из желания выполнить приказ — он жаждал отомстить. Хотя ему и приказали взять Аякса живьем и доставить в Рим в цепях, вряд ли он станет это делать. Во время восстания рабов на Крите Аякс пленил девушку, невесту Катона. Юлию держали в клетке, в лохмотьях и грязи, Аякс мучил ее и собирался запытать до смерти. Тогда же в плен попал и Макрон. Его