Летающие колдуны стр. 141
уже рассказывал — и натворили в нем ужас что.
Повернувшись в нашу сторону, он добавил:
— Я был в ярости, Лэнт. И хотел перебить всю вашу банду.
Я содрогнулся. Он и сейчас может осуществить свое желание. Действительно, чего он ждет?
— Потом я понял, — продолжал он, — что все это вы сделали из-за невежества. Возможно вы подумали, что яйцо живое и опасное. Вероятно это и послужило причиной первого нападения Шуги на меня. Я теперь хочу знать... для чего вы перепачкали и переломали все инструменты в моем летающем гнезде?
К несчастью я не понял, как тяжело вы повредили его. В любом летающем гнезде предусмотрено заклинание, которое компенсирует резкие движения. Оно же компенсирует отсутствие земли под ногами. Короче я не знал, что лечу. Вы же замазали серой краской все экраны, так же как и индикаторы.
Когда я открыл дверь, чтобы отправиться на ваши поиски, ветер от движения гнезда подхватил меня и швырнул наружу. Когда я понял, что падаю, то надвинул капюшон и свернулся клубком. Мой защитный костюм спас меня, сохранив форму. Как вода в сосуде, она не изменит свою форму, если ты резко надавишь на него.
— Я бы предпочел, чтобы этот сосуд разбился, — проворчал Шуга.
— От падения я потерял сознание, — продолжал Пурпурный, — но не сломал ни одной косточки. Правда, падая вниз, я ничего не запомнил на местности. И до сих пор не знаю, где нахожусь... А мое летающее гнездо не отвечает на сигналы. Уже несколько месяцев не отвечает. Я боюсь, что оказался вне зоны его приема...
— Совершенно верно, — сказал я. — Заклинание Шуги его полностью уничтожило. Оно находилось под горой, называвшейся Зуб Критика, когда по нему ударил молот Элкина.
— Элкина?
— Бог грома, маленький, но могущественный.
— Ах, да. Я о нем слышал. Так, говоришь, он ударил в мое яйцо?
— Ударил — огромнейшей вспышкой и звуком, таким громким, что содрогнулась земля и раскололось небо. И после этого я не мог ничего видеть и слышать.
Пурпурный издал странный сдавленный звук.
— Скажи мне, Лэнт, теперь земля там светится по ночам странным голубым светом?
— В старой деревне — да. И все деревья и трава — умерли. Многие жители и животные — тоже. Взгляни, у Пилга и Анга вылезла вся шерсть, а Пилг покрылся язвами.
Пурпурный прищурился и подошел поближе. Пилг, настоящий храбрец, не сбежал от неожиданного и лихорадочного осмотра.
Лица обоих побледнели.
— И правда, — прошептал Пурпурный. — Получается, я потерпел крушение. Это язвы, — тут он воспользовался словом из своего демонского языка, — от радиации. Язвы от радиации! — воскликнул он. — Вы взорвали мое гнездо. — Пурпурный продолжал что-то непонятно и возбужденно бормотать, озираясь по сторонам. — Вы, волосатые недочеловеки, сокрушили мою летающую машину. Я остался здесь навечно. Будьте вы прокляты, все вы...
Мы отпрянули от него подальше, даже жители его деревни. Слишком уж он увлекся проклятиями. Но Гортин и еще несколько Советников шагнули вперед и принялись утешать Пурпурного.
— Ничего, ничего, — бормотали они, похлопывая его по спине, но с видимой опаской.
— Оставьте меня в покое! — завопил Пурпурный, вырываясь из удерживающих его рук. Он наткнулся на Пилга, который продолжал стоять впереди всех, выставив лысую, воспаленную грудь.
— Ты сможешь меня вылечить? — спросил Пилг дрожащим голосом.
Пурпурный заколебался, глядя на