Летающие колдуны стр. 333
должны обрезать канаты только тогда, когда я крикну. Я начинаю обратный отсчет: готовы? Десять, девять, восемь...
— Шуга, дай мне выйти, — сказал я. — Я не собираюсь...
— Что?
— ...участвовать в авантюрах...
— Семь, шесть, пять...
— Шуга!
— Четыре, три...
Пятьдесят ножей одновременно упали на канаты. Мы подпрыгнули вверх. Толпа восторженно закричала. Я завопил. Шуга вскрикнул и вцепился в меня. Лодка резко накренилась. Я ухватился за что-то, стараясь удержаться от падения. Раздался рвущийся звук — это оказался Шугин пояс... Мы образовали свалку на дне лодки. Я подтянулся, обрел сидячее положение и оперся о скамью лодки.
Пурпурный яростно ругался.
— Вы, идиоты с протухшими мозгами! Вы даже считать правильно не умеете! Я не успел даже кончить...
— Что кончить? — спросил я. — Три — это волшебное число, Пурпурный. Все заклинания начинаются с тройки.
Он с глупым видом посмотрел на меня, затем отвернулся, бормоча:
— Конечно, Пурпурный. Три — волшебное число, как ты можешь быть таким глупым...
Его слова унес прочь ветер. Я огляделся, Шуга с ужасом смотрел за борт.
— В чем дело? — спросил я.
— Мой волшебный пояс, болван! Ты разорвал его!
Я стал рядом с ним у перил. Лодка рискованно накренилась, но Пурпурный переменил свое место на корме, и нос выровнялся.
И вот впервые с начала подъема у меня появилась возможность взглянуть вниз. Там далеко внизу была скала, солнечный свет падал на нее под углом. Голубые тени протянулись в бесконечность. Крошечные человечки с каждой минутой делались все меньше и меньше. Я мог видеть помост, домашние деревья, пенистый край моря и его волнующуюся поверхность, простиравшуюся до края мира, с другой стороны виднелись горные пики. Мы летели даже выше их. Шуга смотрел вниз.
— Чем ты так расстроен? — спросил я. — Большинство твоих заклинаний здесь, на дне лодки.
— Знаю, — ответил он. — Ты разорвал пояс и кое-что пропало. Пыль желания. Она будет висеть в воздухе над деревней много дней.
— Ну и ну! — сказал я. — И что из этого следует?
— Порошок. Ты помнишь пыль желания, направленную на Пурпурного?
— Когда ты уничтожил его яйцо?
— Так оно и есть.
Я содрогнулся. Я все слишком хорошо помнил. Несколько раз вдохнув пыль, Пурпурный направился в деревню и там сделал с моей женой то, ради чего создаются семьи. Несколько раз.
— Я думаю, — прошептал Шуга, — я думаю...
— Ну, значит, мы обязаны вернуться, — заявил я. — Ты должен показать им, какие травы необходимо пожевать. В районе ведь нет другого волшебника. А там сейчас творится такое...
— Вернуться? — повторил Шуга. — Ты шутишь? Мы не можем спуститься на землю, пока газ не устанет от работы и не выберется из баллона. Кроме того, мы движемся строго на север...
Он был прав, конечно. Я оставил его и переместился на другую часть лодки. При каждом моем шаге лодка покачивалась.
Орбур крикнул Вилвилу:
— Думаю, мы должны снова поставить киль.
— Да, действительно, — согласился тот.
— Нет, — возразил Пурпурный, — все, что нам надо — это переделать оснастку. Распределить ее шире вдоль лодки. Это...
— Что? — воскликнули сыновья.
Пурпурный вздохнул.
— Не обращайте внимания.
В небе на такой высоте оказался сильный ветер. Скала Юдиони превратилась в черную точку на горизонте, под нами раскинулось разноцветное море. Его покрывали коричневые и черные пятна. В некоторых местах проглядывали рифы. Можно