Библиотека

Лето кончится не скоро стр. 572

Размер шрифта
-
+
Тема

всякий случай твое сердце.

Шурка мотнул головой. Сердце не болело и билось ровно.

— Лучше другое желание…

Кимыч с ехидцей сообщил:

— Я знаю, о ком он попросит. О бабке…

— Да! Потому что, если с ней что-нибудь случится, куда я тогда… И потому что она родная!

— Ничего с ней не случится, — сказал Кимыч. Не Шурке, а Гурскому. — Я позаботился заранее, когда оформляли опекунство. Старуха проживет не менее ста лет. А то и больше. Без дополнительного энергоресурса.

— Все-таки вы циник, Илья Кимович, — вздохнул Гурский.

— Ну и пусть… Полушкин, давай о другом.

— Тогда… знаете что? Можно, чтобы Гриша Сапожкин отыскал щенка?

Все разом взглянули

на потолок. За ним уже не слышно было голосов и смеха. Потом Гурский и Кимыч посмотрели друг на друга. Кимыч пожал плечами. Гурский опять затеребил бороду.

— Видишь ли… Месяц назад щенка поймали мальчишки с улицы Краснопольской. Привязали к дереву и расстреляли из самодельных арбалетов…

— Будущие полевые командиры, — сказал Кимыч.

— Те, кто не мыслит жизни без стрельбы по живым целям…

Шурка вздрогнул, обнял себя за плечи. Как на зябком сквозняке.

— Тут ничего не поделаешь, Полушкин… А Грише лучше не знать про это. Пусть думает, что щенок живет у других хозяев…

— Пусть, — прошептал Шурка. — Но тогда… я не знаю, что и хотеть. Надо думать, а времени нет…

— Времени нет, — согласился Кимыч.

— Вот что! Если можно… Пусть это лето не кончается подольше! Пусть будет длинным-длинным! Можно?

Кимыч недовольно спросил:

— Это как же? Задержать Землю на орбите? Или изменить наклон оси?

Гурский посмотрел на него через плечо. Слегка нагнулся над Шуркой.

— Мы не можем ни задержать, ни наклонить, Кимыч прав. Но тебе и твоим друзьям лето покажется долгим-долгим. Оно не кончится, пока… ну, скажем, пока ты не истреплешь свою анголку. А это случится очень не скоро.

— Еще бы! — возликовал Шурка.

— А теперь выведи нас.

Они покинули комнату, и кирпичный коридор (теперь в нем горели лампочки) привел к железной лесенке. Вверху светился круглый выход.

Шурка первый поднялся на поверхность. Конечно же недалеко от Кузи. Качались головки дикого укропа и белоцвета. На иван-чае кое-где уже появились пушистые семена.

Гурский и Кимыч встали у Шурки за спиной. Подержали его за плечи, потом обошли с двух сторон и стали уходить сквозь чащу травы. Не оглянувшись. Они были видны по пояс.

Они не просто уходили, а как бы таяли в солнечном воздухе. Исчезали, как сон.

Шурке стало грустно. Не только из-за прощания. Вообще. Ведь вместе с повышенной регенерацией и другими волшебными свойствами пропала и спасительная блокада памяти. Шурка знал, что теперь воспоминания о прошлом будут частыми и безжалостными. Никуда не уйдешь… Он уже приготовился…

Но сзади раздались знакомые голоса. К Шурке спешили Платон, Кустик, Тина, Ник. И Женька. У Женьки косы цеплялись за головки трав. Кустик храбро ломился через белоцвет, но при этом тихонько верещал.

Они подбежали.

— Шурка, мы тебя искали, искали!

— Шурчик, ты почему тут один?

Он посмотрел Женьке в глаза, почесал зудящий укол над коленом.

— Я провожал этих. Они ушли насовсем.

— На свою планету? — шепотом спросил Кустик.

— Не знаю. Наверно…

Кустик наклонил к плечу голову.

— Смотри-ка. Твой кружок на сердце сделался загорелый. И шрама почти не видать.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.