Летописный замок стр. 2
— С наконечниками?
— Ну не с присосками же! Забор почти насквозь пробивают. Сам проверял.
— А дедушка?
— Поругался немного, а потом мишень сделал. Из фанеры. Чтобы я забор больше не портил.
— Мишень — это здорово. Уговорил, — Ванька вытер руки и похлопал себя по животу. — Сейчас отдохну немного от пирожков, и пойдём. Я топорик свой туристский возьму. Он у меня томагавком будет.
В жизни появилась приятная цель, лениться и бездельничать расхотелось. На часах было без двадцати одиннадцать. Самое время для вдумчивой и обстоятельной игры с кровавыми поединками на берегу реки, холодящим душу посвистом стрел, высушенными скальпами поверженных врагов и сытным бабушкиным обедом после всех ратных подвигов.
Стёпка собрался быстро. Сунул в карман тюбик с клеем, чтобы приклеивать оперение, и увеличительное стекло, чтобы добывать огонь, если вдруг очутишься на необитаемом острове. А со складным ножичком он вообще никогда не расставался.
Сытый Ванька тем временем бродил по квартире и разглядывал как Стёпка живёт. Просто так разглядывал, из любопытства. Он много раз бывал у Стёпки в гостях и давно выучил его квартиру наизусть. Но всё равно совал свой конопатый нос во все углы, надеясь обнаружить что-нибудь новое и интересное. И что удивительно — сегодня ему повезло: он высмотрел на полке в Стёпкиной комнате новую книгу. А
сам Стёпка её до того даже и не замечал.
— О! — сказал Ванька. — Что-то новенькое. «Демоны-исполнители». Клёвая книженция! Дай почитать.
— Бери, — великодушно разрешил Стёпка. Он часто давал Ваньке книги и был уверен в нём, почти как в себе. В смысле, что не порвёт, не заляпает кетчупом и вернёт вовремя без напоминаний.
Потом он спохватился и переспросил:
— Какие такие демоны? Покажи.
Ванька издалека показал ему обложку книги. Абсолютно незнакомую обложку совершенно незнакомой книги.
— Где ты её взял?
— На полке. Вот тут стояла, рядом с «Хоббитом». А что, нельзя? Жалко стало, да? Ну так и скажи, что зажилил. Во друзья у меня…
— Тормози, Ванес, — сказал Стёпка. — Я эту книгу сам ещё не читал. Я её, если хочешь знать, сам в первый раз вижу. Папа, наверное, купил, а мне не сказал почему-то. Дай-ка её сюда.
Ванька с неохотой протянул ему увесистый томик:
— Во дожили! Сами уже не знают, какие книги у них есть, а каких нет. А человеку уже и посмотреть нельзя…
Книга была красивая, можно даже сказать, шикарная. Толстая, тяжёлая, в тёмно-красном переплёте с золотым тиснением, и сразу видно, что очень дорогая. Рублей пятьсот, не меньше. И когда только папа успел её купить? Вчера вечером он о ней ни слова не сказал, даже не заикнулся. Даже не намекнул. И это было очень странно и на папу совсем не похоже. Может, хотел сказать, но забыл. Но это было ещё более невероятно. Забыть о такой книге папа вряд ли смог бы. Даже если бы очень постарался. Потому что Стёпка держал в руках не какой-нибудь обычный сборник сказок, не скучный детектив или, чего доброго, женский любовный роман. Он держал в руках ту самую книгу, которую непременно следует прочитать, причём сразу же, не откладывая на вечер или на завтра. А если почему-либо не прочитаешь, то потом всю жизнь будешь жалеть и терзаться. Стёпка это сразу понял, да