Лэвелап? Не сегодня стр. 6
чего я там заказал. Жрать охота — сил нет.
Девушка молча поднялась и, подхватив блокнот, скрылась.
А Виктор, открыв ноутбук, вставил флешку нового заказчика и стал бегло просматривать информацию, мысленно делая пометки.
«Можно начать с общей статьи о том, как необходимы мусоросжигательные заводы. Очистка улиц, уничтожение отходов… Главное, почаще произносить слово „польза“, и избегать слова „вред“.»
Принесли заказ, и Виктор, тут же свернув все страницы, принялся за еду. Как вкусна душистая, с белым озерцом сметаны, с лимончиком и оливками, с деликатесными мясами, скрывающимися под огненной поверхностью, здешняя солянка! Виктор застонал от наслаждения, погружая в суп тяжелую, с вензелем ресторана, серебряную ложку…
Получено: чревоугодие +1Работа двигалась ходко. Макет первой статьи готов, задания блогерам, за малую копеечку помогающим в нелегком труде пропаганды, розданы, тезисы для будущих аргументов выстроились, к тому же, очень удачно нашелся знакомец в санэпидемстанции, многим ему обязанный… Взглянув в окно, Виктор с удивлением обнаружил в нём своё отражение. Немного встрепанное — безукоризненный утром пробор рассыпался, галстук давно валяется на столе, воротник рубашки несвеж… Но зато довольное. Работа — какая бы она ни была — проделана хорошо. Профессионально. Общественное мнение после его статей не то что утихнет, а само грудью встанет на защиту такого нужного в городских условиях мусоросжигательного завода…
Получено: профессионализм +2; лицемерие +4; ложь +6.Виктор удовлетворенно откинулся на спинку кресла, а потом, секунду подумав, набрал номер жены.
— Дорогая… Сегодня не жди. Работы навалилось — край. До утра если разгребусь — хорошо… Не беспокойся, котенок, я пиццы закажу. Ну, сухомятка, а что делать? Вот, завтра вернусь — и ты меня своим фирменным грибным супчиком побалуешь, лады? Ирму поцелуй, скажи, что папочка любит вас обеих… Ну, отбой.
Получено: ложь +2Набрал номер Ёлки:
— Привет, солнышко! Не спишь? Как вчера повеселилась? Ясно… Я сегодня к тебе. Как хочешь: можем домой заказать, киношку посмотреть… Ну, в клуб так в клуб.
Целую. Скоро буду.
Виктор еще раз счастливо вздохнул и поймал взглядом проходящую к другому столику Лидочку. Девушка старалась улыбаться, но глаза были красные, а бледные губы подрагивали. Когда она проходила мимо, он выставил руку:
— Ну-ка, присядь.
Полез в портфель, вновь нащупал конверт… А, давись оно конем, походит Ёлка в прошлогодней шубе, не рассыплется.
— На вот… — он вытащил все деньги и сунул их Лидочке. — Да спрячь, дура… Не говори никому. Поняла?
Получено: щедрость +4; сострадание +4.— Виктор Павлович… Да я вам… Да я вас… — она прижала руки к груди, распахнув огромные глазищи, как на икону.
— Ну всё, всё… — Виктор шугнул её со стула. — Иди уже… Мне же нужно чтоб ты улыбалась, когда я прихожу. А то от слёз твоих солянка невкусная… Иди. — хотел привычно огреть её по попке, но сдержался.
Поднялся, неторопливо собрал вещи, завязал галстук, пользуясь окном вместо зеркала… Подмигнул отражению и, кивая знакомым, направился к выходу.
Выехав со стоянки, услышал новый вызов. Заворчал, как пес, у которого хотят отобрать косточку: уже решил, что дела на сегодня закончены, что больше его сегодня не побеспокоят… Звонил Борька. Виктор переключил на громкую:
— Привет. Как дела?
— Нормально, нормально… — в своей нетерпеливой манере зачастил Ворошилов. — Слушай отец, и не перебивай. Помнишь, ты как-то говорил,