Лезгинка по-русски стр. 24
Занадворов отключился от разговора и убрал трубку. Посмотрел из-за куста вперед. В каменной россыпи, подковой лежащей внизу склона, стали уже видны головы нескольких человек. Направление движения определить было трудно, поскольку оно диктовалось возможностью прохода между крупными валунами. Но естественным было предположить, что направление, которое выберут бандиты, предварительно было определено правильно.
– Громобой, попробуй подсчитать их!
– Уже подсчитал. Одиннадцать человек.
– Нормально. Почти паритет…
Для подразделений спецназа ГРУ, тем более мобильных офицерских групп, двукратное преимущество в живой силе со стороны боевиков считалось нормальным явлением и за счет высококлассной подготовки личного состава расценивалось как равное положение.
– Но старого Абдулкерима среди них нет… У него шапка заметная, а здесь все в банданах, и только один в вязаной шапочке.
– Куда он делся?
– Сейчас посмотрю… Ага… Светится. Он за камнями, идет в сторону… На тропу к селу выдвигается. Да и ладно, пусть себе живет!
– Пусть, – согласился Занадворов. – Я – Дворовой. Тихий, у нас противник. Что у тебя?
– Нашли второго. Скрипач правильно предположил, его по камням размазало.
– Рюкзак цел?
– На удивление…
– Содержимое?
– То же самое. Бандиты поголовно страдают от простуды… И очень мечтают вылечиться до того, как с нашей помощью предстанут перед Аллахом.
– Содержимое рюкзаков подготовь для экспертизы. Возможно, это и есть то, что тащат через границу. По крайней мере я так понял полковника Самокатова.
– Я слышал разговор. Когда в погоню за второй троицей двинем?
– Если ты там закончил, можешь выходить.
– Здесь заканчивать нечего. Соскребать со стены убитого необязательно. Мы выходим?
– Идите. Мы догоним.
– Без нас справитесь?
– Не впервой!
– Тропа идет по дну долины. Мы двумя тройками двинемся по склонам, по самой подошве. Там склоны лесистые.
– Группа, ко мне, – тихо скомандовал Тихомиров. – Выдвигаемся.
«Подснежник» давно отучил офицеров подавать громкую команду. Зачем голос надрывать, если тебя и так слышат?
* * *Бандиты выходили из каменной россыпи, словно выплывали из морских волн. Сначала видны были только головы, потом появились плечи, потом торсы, и, наконец, все они стали видны в полный рост. Чем ближе к краю, тем мельче были камни, и это бандитам, похоже, не нравилось, заставляло внимательно посматривать по сторонам, потому что на пространстве метров в шестьдесят они оказывались между камнями и «зеленкой», где спрятаться не было никакой возможности. Впрочем, они едва ли думали о том, чтобы прятаться. Они шли посмотреть, что произошло с их схроном и с людьми, которые туда шли – видимо, чтобы оставить там груз. Вернее, бандиты уже знали, что стало со схроном, но посмотреть все же желали. Поляна, которую пересекала банда, с одной стороны ограничивалась
каменной «подковой», с другой. зеркальную «подкову» образовывала «зеленка». Заблаговременно выставленные подполковником Занадворовым фланговые оказались с бандитами на одной линии, и Сергей Палыч дал им возможность пройти еще десять шагов.
– Разбираем слева направо для прицельного огня, – прозвучал приказ.
Никому не было необходимости этот приказ разжевывать, потому что существовало только два варианта «разбора» противника для прицельного огня – слева направо и справа налево, в зависимости от обстоятельств, конфигурации местности и позиций, на которых оказывались противники. Каждый из офицеров знал, сколько человек от него находится слева, и считать умел, и потому не составляло труда отыскать именно свою цель. На прицеливание отводились традиционные пять