Лезгинка по-русски стр. 96
твоему псу разорвать мне задницу? – с усмешкой, без жалости к страданиям мальчишки, спросил Абдулмуслим.
– Он добрый был! Он здороваться к вам бежал! И лаял радостно. Его все вокруг знают… И никто не боится. Кроме трусов…
Это было уже умышленным оскорблением, Абдулмуслим скрипнул зубами, и его рука, сжимающая автомат, дернулась.
– Ты кто такой? – останавливая товарища жестом, спросил Джогирг. – Где-то я тебя видел…
– Я – Хамзат Дидигов. Местный.
– Родственник, значит, эмира Амади?
– Родственник.
– Ладно, мальчик… За собаку извини. Не надо было отпускать. И запомни, спрашивать будут, ты нас не видел! Федералы могут пройти, будут спрашивать… Ты – не видел!
– Был бы у
меня автомат, сам бы вас перестрелял… – сказал Хамзат, впрочем, без угрозы в голосе.
– Идем, – распорядился Зурабов. – Родственник Амади нас не сдаст. Идем! У нас времени нет.
И только через полсотни шагов, когда поднялись почти до выхода из леса, сказал тихо Абдулмуслиму:
– Зря ты стрелял. Мальчишка Амади пожалуется, но это ерунда… Хуже, если федералы выстрелы услышали.
– Собака прямо на меня бежала…
– А ножом ты умеешь только картошку чистить? Ладно. Поставь в конце лесной тропы «растяжку». Там место узкое, тропа заросшая… Если кто пойдет, Аллах с радостью раскроет ему свои объятия.
Подполковник грузинской специальной службы внешней разведки в разговор не вмешивался, потому что не знал местных отношений между людьми. Но выводы из разговора делать умел. И сделал их. Главный – что если джамаат Амади Дидигова и погиб неподалеку, то самого Амади там не было, иначе Джогирг не предостерегал бы о возможности жалобы Хамзата на убийцу собаки. Это радовало. Значит, Амади и сам жив, и сил еще не лишился. То есть разговаривать о начале плотной и взаимовыгодной работы есть с кем…
Пошли быстро. Тропа была вся заросшая травой, которая местами поднималась до колен. Тропой, по большому счету, ее назвать было трудно и ходить здесь было трудно. Но в других местах лес был настолько густ, что там идти было бы гораздо сложнее. Приходилось смиряться с тем, что есть хотя бы такая тропа.
* * *Абдулмуслима ждали, отойдя на два десятка метров. Так Джогирг определил безопасное расстояние и не смущался тем, что сам только что подгонял остальных, а теперь опять же сам решился на задержку.
– По крайней мере, если будет преследование, мы это услышим. И кого-то из преследователей остановим. Надеюсь, что им не придется долго мучиться…
– Думаешь, не заметят?
– Ты заметил бы в такой густой траве?
– Я – не специалист. А за нами пойдут специалисты!
– Все мы, когда нужда заставит, становимся специалистами. И они точно такие же, как я и ты. Всегда так думай, иначе не стоит оружие в руки брать. Преследователи будут спешить, будут стараться нас догнать. Если, конечно, преследование будет… Его может и не быть. Но если будет… Кто спешит, чаще смотрит вперед, чем под ноги. И таких учить нужно. Жизни учить… Хотя бы в последний ее момент.
Философия финансиста-боевика слегка забавляла Элизабара Мелашвили, тем не менее не успокаивала. Подполковник грузинской разведки желал бы знать точно, есть преследование или нет. Но этого ему не мог сказать никто…
– Готово, – выпрямился Абдулмуслим и не отошел, а отпрыгнул от собственноручно выставленной ловушки.
– Идем! Наверстываем время.