Лягушка - 4. Лягушка-принцесса стр. 754
заскользила взглядом по строчкам.
По мере чтения лицо её медленно покрывалось красными пятнами, губы сжимались в узкую полоску, а под кожей скул ходили желваки.
— Меретта! — буквально выплюнула она, брезгливо швырнув папирус на пол. — Да после такого её ни в один приличный дом даже на порог не пустят, а этот глупец на ней жениться собрался! Ну уж нет, я не допущу, чтобы подобная особа вошла в императорскую семью!
— Мне кажется, вы несколько преувеличиваете, ваше величество, — осторожно заметил врачеватель. — Вы же встречались с госпожой Юлисой. Разве её поведение показалось вам предосудительным или, упаси небожители, развратным? Она же отвергла предложение его высочества задержаться
в поместье господина Маврия. И в столице госпожа Юлиса вела себя очень благопристойно, не давая повода для сплетен.
— Я уже привыкла, господин Акций, что вы всегда защищаете эту девицу, — жёстко усмехнулась собеседница. — Но после этого…
Презрительно скривившись, она обличающим жестом указала на белевший на полу папирус.
— Ваши слова для меня ничего не значат!
— Но, ваше величество! — мужчина попытался воззвать к разуму царственной любовницы. — В Этригии госпожа Юлиса попала в отчаянное, совершенно безвыходное положение, и у неё просто не оставалось иного способа спасти себе жизнь!
— Замолчите, господин Акций! — прикрикнула на него Докэста Тарквина Домнита. — Противно слушать! Вы рассуждаете, как хозяин борделя или мелкий лавочник. Для истинной радланской аристократки нет ничего важнее чести, а Юлиса не смогла её сохранить, и поэтому она никогда не будет женой моего сына!
— Даже если выяснится, что она действительно дочь Лация Юлиса Агилиса и внучка Госпула Юлиса Лура? — вкрадчиво поинтересовался царедворец, намекая на то, что государыня уже потратила значительные средства на восстановление доброго имени госпожи Ники Юлисы Террины. — Посланный в Канакерн человек должен к осени вернуться.
— Тогда она получит своё имение, но женой Вилита ей не бывать! — твёрдо отчеканила императрица. — Я хочу, чтобы в жилах моих внуков текла кровь славного рода Тарквинов, а не кого-нибудь из её любовников. — Тебе же, Акций, придётся заставить Юлису вернуть мне пять тысяч золотых, потому что именно из-за тебя я потратила их на эту развратную девку.
Прекрасно изучивший характер своей возлюбленной пациентки охранитель её здоровья с очевидной ясностью понял, что любые возражения бесполезны.
Будучи изначально не в восторге от выбора младшего сына, Докэста Тарквина Домнита наконец-то получила достаточно бесспорный повод, чтобы расторгнуть свадьбу принца Вилита и госпожи Юлисы.
Отныне все попытки лекаря воззвать к благоразумию и трезвой рассудительности вдребезги разобьются о несокрушимую стену морализаторства и аристократической спеси.
— А почему только пять, ваше величество? — смирившись с волей государыни, решился уточнить детали врачеватель, поднимая с пола свернувшийся папирус. — Неужели вы допустите, чтобы другие её письма попали к вашим врагам?
— Вот нонова задница! — непривычно грязно выругалась собеседница. — Конечно, нет! Я не могу позволить, чтобы моего младшего сына считали легковерным оболтусом, которого ловко обманула какая-то призаборная меретта. Только эту тысячу вернёте мне вы!
— Я!? — удивлённо вскинул брови царедворец.
— Именно вы! — с каким-то очень неприятным для него удовольствием подтвердила главная пациентка. — Разве не вы так рьяно поддержали глупую блажь Вилита и советовали мне предложить государю в невесты нашему сыну именно Юлису?
Разумеется, всё происходило немного не так, однако опытный придворный и не подумал возражать, принимая покаянный вид