Лягушка - 4. Лягушка-принцесса стр. 776
приносили средства, в своё время вложенные им в солидные торговые дома.
Только тогда он был перспективным политиком из уважаемой семьи, которого везде встречали с распростёртыми объятиями.
Теперь, когда ситуация настолько изменилась, он решил на всякий случай изъять часть средств из оборота. И тут выяснилось, что купцы, оказывается, чрезвычайно занятые люди, у которых совершенно нет времени на разговоры даже с пока ещё действующим регистором Трениума.
Пришлось настаивать, ругаться и даже угрожать судом. Это помогло. Но глава торгового дома, очевидно, желая хоть чем-то насолить пожелавшему выйти из дела компаньону, назначил ему встречу на шестой день после смерти Торины Септисы Ульды, заявляя, что должен немедленно отправиться в Ираклон.
С трудом проглотив обиду, Итур Септис Даум был вынужден согласиться.
Не желая привлекать к себе внимания, он оделся попроще, отказался от паланкина, и приказав привратнику убедиться в том, что на улице никого нет, тайком, словно вор, выскользнул из дома, торопясь на Орлиную дорогу, где его должны поджидать трое коскидов.
Проводив мужа, Пласда Септиса Денса аккуратно вытерла платочком повлажневшие уголки глаз, в очередной раз мысленно проклиная мерзкую самозванку, чьё внезапное появление принесло их семье столько бед.
Если бы не эта гадкая девчонка, коварной змеёй заползшая под их кров, её супруг по-прежнему пользовался бы уважением горожан, а она сама так же гордо ходила бы по улицам, не опасаясь злых и глупых насмешек. Их дом, как встарь, навещали бы гости, рассказывая потом своим знакомым о богатстве и щедрости регистора Трениума.
А сейчас от них все буквально шарахаются. Зять даже на похороны Торины Септисы Ульды не пришёл, и Анна Олия, старательно отводя в сторону заплаканные глаза, лепетала брату что-то невразумительное о внезапной болезни мужа.
При этих воспоминаниях женщиной вновь овладело острое чувство стыда и ненависти. Но она же предчувствовала! Она-то точно знала, что с этой девицей что-то не так!
Пласда Септиса Денса уже неоднократно мысленно ставила себе в заслугу
то, что сразу же насторожилась, едва муж рассказал о внезапно объявившейся племяннице. Уж очень та история походила на глупую детскую сказку.
Однако поддержка влиятельного сенатора Касса Юлиса Митрора и перспектива породниться с одним из богатейших людей столицы в какой-то степени примирила супругу регистора Трениума с появлением в их доме непонятной девицы.
А когда выяснилось, что им даже не придётся тратиться на приданое, женщина в душе уже была готова признать её роднёй, тем более, что та вела себя вежливо, не давая сколько-нибудь серьёзных поводов для недовольства.
Задумавшись, Пласда Септиса Денса запнулась за ступеньку лестницы, поднимавшейся к занавесу, отделявшему парадную часть дома от семейной, и едва не упала, вовремя подхваченная под локоть заботливой Ушухой.
Выпрямившись, погружённая в свои мысли, хозяйка дома досадливо отмахнулась от невольницы, с досадой вспомнив, что неожиданное предложение принца Вилита и разговоры о предстоящем браке племянницы с сыном императора воспринимались тогда, как не бывало щедрый подарок небожителей.
Супруге регистора Трениума уже грезилась придворная должность мужа, блестящие карьеры сыновей и жених из богатой и знатной семьи для дочери.
Насколько радужными казались надежды, настолько же болезненным стало их крушение.
Ну кто мог подумать, что эта подлая меретта присвоит имя никогда не существовавшей внучки всеми уважаемого сенатора Госпула Юлиса Лура, павшего жертвой