Лягушка - 4. Лягушка-принцесса стр. 90
собеседнице, та взяла у него из рук тоненький свиток, перевязанный узкой розовой ленточкой.
— Опять приглашение! — тоном утомлённой славой поп-звезды вскричала Пласда Септиса Денса, пробегая взглядом послание. — Нас зовёт в гости госпожа Элимия Герония Гоа, супруга сенатора Герона и дочь Косуса Кванта Спурия! Как вы думаете, госпожа Юлиса, нам стоит навестить эту уважаемую и влиятельную женщину?
— Не знаю, госпожа Септиса, — беспечно пожала плечами девушка. — Вы старше меня и больше понимаете.
— Это правда, — кивнула собеседница и, видимо, не сдержавшись, посетовала. — Мы уже стольким отказали! Госпоже Сертии — жене богатейшего судовладелеца Радла, госпоже Пинарии, чей муж всего лишь императорский претор, зато брат — префект Менассии.
— Если мы так и продолжим сторониться людей, — продолжала горячиться тётушка. — Что о нас будут говорить? Нет, мы просто обязаны принять это приглашение!
— Может быть, стоит сначала поставить в известность господина Септиса? — с деланной робостью предложила племянница. — Вы же знаете, что он запретил мне выходить из дома без его разрешения?
— Но госпожа Герония — не только жена сенатора, а ещё и дочь самого викесария! — воздела палец к небу хозяйка дома. Похоже, она испытывала удовольствие, лишний раз произнося эти пышные звания.
— А господин Септис — ваш муж, — вкрадчиво напомнила девушка. — Вы же учили меня, что почитание старших — одна из главных добродетелей радланских женщин. Поговорите с супругом, объясните ему все. Я уверена, он вас поймёт.
— Надеюсь, — тяжело вздохнула Пласда Септиса Денса и опять посмотрела на всё ещё зажатый в руке папирус.
— Что у вас случилось? — поинтересовалась бабуля, выходя из комнаты внучки.
— Нас с госпожой Юлисой опять приглашают в гости! — всплеснула руками хозяйка дома.
Оставив свекровь с невесткой, Ника торопливо вернулась к себе.
За то время, пока супруга регистора Трениума жаловалась его матери на мужа, державшего их с племянницей взаперти, девушка успела вывернуть заготовку, спрятать внутрь сапфир, и когда вернулась Увра, уже заканчивала пришивать кожаный шарик к поясу.
— Вот, госпожа, — проговорила
рабыня, протягивая ей два мотка.
— Как раз то, что нужно, — одобрительно кивнула хозяйка, перекусывая нитку. — Денег хватило?
— Да, госпожа, — кивнула невольница. — Даже осталось.
Она достала из застиранной полотняной сумки горсточку медяков и аккуратно положила на стол.
— Возьми себе, — распорядилась Ника.
— Да хранят вас бессмертные боги, госпожа, — низко поклонилась Увра.
Девушка машинально кивнула, вставляя внутрь второго кожаного мешочка найденный под кустом камешек. Более-менее освоив технологию, второй шарик она сделала гораздо быстрее.
Надёжно, как ей казалось, спрятав своё сокровище, племянница регистора Трениума расправила пояс на кровати и задумалась над узором. Изобретать что-то особо сложное не хотелось, поскольку могло и не получиться. Тогда любимые родственницы вынесут ей мозг своим ворчанием.
После недолгого размышления решила изобразить три переплетающиеся спирали разного цвета.
— Ну, что ты тут наделала? — спросила Торина Септиса Ульда, заходя в комнату.
Дождавшись, когда верная Дедера поможет своей престарелой хозяйке взгромоздиться на табурет, внучка с гордостью продемонстрировала свою работу.
— Так я и думала! — усмехнулась явно довольная старушка. — Ерунда получилась. Он стал даже хуже. Ты просто испортила хорошую вещь.
— Но я же ещё не закончила, госпожа Септиса, — почтительно напомнила Ника. — Вот вышью узор, и увидите, как пояс будет хорошо смотреться.
Заглянувшая к племяннице тётушка полностью согласилась с мнением свекрови.
— Чем время зря терять, — упрекнула