Лягушка-путешественница (СИ) стр. 1054
в голове попаданки. — От одной ушёл, двое набежали».
Она метнула дротик, но повторить первый успех не получилось. Здоровенная псина в последний момент увернулась, получив лишь древком по задним лапам. Это заставило её, оставив в покое ганта, переключиться на нового противника. Оскалив крупные, желтоватые клыки, собака бросилась на путешественницу. Той ничего не оставалось делать, как выставить вперёд второй дротик, и используя его как копьё, удерживать зверя на безопасном расстоянии. Давя на психику злобным, истошным лаем, пёс закрутился вокруг девушки, припадая оскаленной мордой к земле и кровожадно сверкая глазищами, но везде натыкался на острое бронзовое остриё.
Вдруг совсем рядом просвистел камень, метко угодивший злобной гавкалке по плечу, заставляя ту отскочить с недовольным визгом. Бросив взгляд за спину, Ника увидела рабыню, с азартом швырявшую в увёртливую псину булыжниками. Животному это не понравилось, и оно предприняло новую атаку, но вновь отступило, получив болезненный укол в хищную морду.
Избавившись от одного из противников, Орри, сумев отдышаться, достал-таки лопатой другого.
Громкий крик: «Поберегись!» — заставил путешественницу отпрянуть в сторону. Мимо пронёсся десятник на Вороне. Чувствуя твёрдую руку всадника, боевой конь бесстрашно наступал на врага, заставляя собаку отступать. Воспользовавшись заминкой, Ника тоже подняла камень и с удовольствием швырнула в пса.
Получив достойный отпор, овечьи сторожа отступили, продолжая с безопасного расстояния облаивать нарушителей покоя хозяев.
— Не догнал я его, госпожа Юлиса, — хмуро прохрипел Орри, подходя ближе и тяжело опираясь на многострадальную лопату.
Он скрипнул зубами.
— Почти схватил сопляка, да нога запнулась… Не иначе злой дух эту яму выкопал…
— Господин Фарк! — не слушая жалобы варвара, окликнула десятника Ника. — Посмотрите, где там Руб Остий. Вам с коня лучше видно.
— Гонит овец в гору, — с удивлением отозвался молодой человек. — Большую вину за собой чувствует, если жену и хозяйство бросил.
— Уходить надо, господин Фарк, — озабоченно проговорила девушка. — Как бы он не вернулся с кем-нибудь.
— Тут на три асанга никого не должно быть, — не очень уверенно возразил всадник, похлопывая по шее коня.
Тот фыркал, тревожно косясь на исходивших лаем псов, державшихся на почтительном расстоянии.
А путешественница хмуро глядела на бледного, тяжело дышавшего ганта.
— Госпожа, — вкрадчиво проговорила за спиной Риата. — Там, за домом, осёл привязан и тележка есть.
Она многозначительно замолчала.
— Запрячь сумеешь?
Невольница замялась.
— Я помогу, — предложил Орри. — Осёл — не лошадь, да как-нибудь справлюсь.
И тут же спросил:
— А где Паули?
— Нет её, — коротко бросила Ника. — Я потом расскажу. Займись тележкой.
Они вернулись на двор, с опаской поглядывая на продолжавших бесноваться собак, путешественница стала закрывать кое-как сколоченные ворота. Спрыгнув с седла, Румс поспешил ей на помощь.
Пока они воевали с самыми древними друзьями человека, Вестакия успела собрать вещи в аккуратный узелок и набросить на голову покрывало.
Услышав, что названные гости собираются конфисковать единственную тягловую силу, напомнила о себе хозяйка хутора.
— Что же вы творите, разбойники! — донёсся из дома надрывный крик, полный душевной боли и праведного негодования. — Чужую скотину воруете! Вы его покупали, кормили, холили? Оставьте осла ради пресветлой Ноны! Мы же с голоду умрём! На чём сыр и шкуры на базар возить?!
Сообразив, что экспроприаторы глухи к её просьбам и мольбам, женщина перешла на проклятия.
— Пусть поразит вас молнией грозный Питр! Да что