Лягушка в молоке стр. 233
предложил молодой человек, с тоской оглядываясь на лес.
По дороге он подобрал пару небольших грибов, похожих на белые воронки с красным донышком, и протянул один девушке.
Та подозрительно посмотрела на спутника.
— Их можно есть?
Глухой Гром насмешливо фыркнул, но видимо, вспомнив, с кем разговаривает, кивнул.
— Можно.
"Как бумагу жуёшь", — подумала она, глотая белую мякоть. Странно, гриб небольшой, но сил прибавилось.
Молодой охотник не забыл о своём обещании.
Опустившись на корточки, Фрея взглянула на своё отражение. Тихий ужас. Волосы торчат во все стороны как иголки у бешеного ёжика, усталые глаза болезненно блестят, а левую строну лица украшает лилово-голубой синяк.
Со вздохом пригладив шевелюру, девушка припала к воде.
— Ты говорил, что Одинокий Орех обманщик? — спросила она, стараясь разговором заглушить сосущую пустоту в желудке.
— Да, — сидевший в двух шагах мужчина величественно кивнул. — Он соврал, когда рассказывал об охоте на лесного быка, чью шкуру подарил потом тебе. Зверь сломал ногу на каменной осыпи возле Раздвоенной скалы.
— Это плохо? — спросила Фрея, вставая, опираясь на копьё.
— Предки или добрые духи послали ему большую добычу, — назидательно заявил Глухой Гром. — А Одинокий Орех вместо того, чтобы отблагодарить их, придумал ложь о схватке с лесным быком. Охотники так не поступают. Мы идём?
— Да, — кивнула она, положив копьё на плечо.
Мужчина засмеялся, но никак не прокомментировал её действия.
"Пусть думает, что хочет, — устало отмахнулась девушка. — Только я теперь с этой палкой до самого вигвама не расстанусь!"
— Тебя позвал на озеро Владыка вод? — внезапно спросил Глухой Гром, когда они ушли уже довольно далеко от ручья.
— Что? — переспросила начинавшая тупеть от усталости Фрея. — Нет. Просто… Просто мне нужно.
— Поговори с Колдуном, — посоветовал спутник. — Он хорошо разбирается во всяких непонятных вещах.
— А зачем ты пошёл за мной? — быстро спросила девушка, не желавшая обсуждать столь деликатную тему.
Мужчина охотно поддержал разговор.
— Когда мне сказали, что ты ушла в лес с Одиноким Орехом.
— Кто сказал? — встрепенулась она.
— "Рысята" уже всем охотникам разболтали, — пренебрежительно махнул рукой собеседник. — Мне стало очень плохо. Я подумал, что будет несправедливо, если ты станешь женой лжеца. Это же позор. Вот я и решил рассказать всё, прежде чем ты согласишься войти хозяйкой в его вигвам.
— Но ты мог дождаться нашего возвращения в стойбище? — продолжала Фрея расспрашивать с каким-то болезненным любопытством.
Молодой охотник долго молчал, размашисто шагая по сумрачному лесу.
— Я надеялся, что если ты узнаешь о том, что Одинокий Орех лжец, то придёшь из леса со мной.
"Так и получилось, — вспыхнув, подумала она, невольно шагнув в сторону и пряча глаза от его ироничного взгляда, полного превосходства. — Только без него я дорогу домой сто лет искать буду".
И тут же покачала головой, едва не споткнувшись о выступавший из земли корень. "Вот ведь свинство, я эту вонючую кучу веток уже домом зову".
После этого разговаривать о чём-то уже не хотелось, и очень скоро на девушку разом, словно ливень в летний день, обрушилась усталость. Идти становилось всё труднее. Пришлось в который уже раз взнуздывать себя, заставляя двигаться на одном упрямстве. Поэтому Фрея едва не заплакала от счастья, когда они вышли на знакомую тропинку.
— Отдай мне копьё, — вновь предложил охотник. — Тебе же тяжело.
— Нет! — резко отказалась