Лягушка в молоке стр. 268
так, как это полагается у Детей Рыси
Как Фрея и предполагала, подобное заявление ввело стариков в ступор. Опомнившийся первым, Мутный Глаз настороженно поинтересовался:
— О чём ты говоришь?
— В нашем племени принято, что молодые охотники выбирают себе жён после Праздника Посвящения…
— Нет! — не дослушав, рявкнул аратач. — Я не желаю терпеть тебя в своём жилище до начала следующего лета!
— Хорошо, — покладисто согласилась девушка, не очень-то рассчитывавшая на подобное счастье. — Тогда до праздника Первого снега. К этому времени мои волосы немного отрастут.
Она поправила рукой то, что при большой фантазии можно назвать причёской.
— Так чтобы названная мать Расторопная Белка смогла заплести их в три косы. А после того, как я стану женой Глухого Грома, то сделаю из них две, как и положено женщине рода Палевой Рыси.
Мутный Глаз молчал в замешательстве.
— Бледная Лягушка — всё-таки не вдова, чтобы так просто перейти жить к мужу, — робко вмешалась супруга. — А на празднике Саненпой тоже жён выбирают.
Делая вид, что не слышит, старик продолжал буравить взглядом Фрею.
— Не дело, девицу без кос замуж отдавать! — уже решительнее заявила Расторопная Белка.
— Пусть будет так, — неохотно согласился Мутный Глаз. — Но после праздника Первого снега я не хочу видеть тебя в своём жилище!
— Я не приду сюда по доброй воле, —
искренне пообещала девушка.
Удовлетворённо кивнув, собеседник продолжил:
— Завтра пойдёшь к Глухому Грому и скажешь, что станешь хозяйкой в его вигваме в праздник Первого снега.
— Нет, — покачала головой Фрея, вспомнив обычай аратачей. — Когда он придёт просить меня в жёны, ты объяснишь ему всё сам, как названный отец.
— Так полагается, — поддакнула супруга.
Отвернувшись, старик прошаркал к своему ложу. Сев на стопу шкур, он глухо произнёс:
— Ещё раз тронешь меня, убью!
После чего лёг и, повернувшись к очагу спиной, закутался в одеяло.
Ничего не говоря, девушка стала раздеваться.
— Спас тебя Владыка вод, — вполголоса прошептала Расторопная Белка, когда вигвам погрузился в тёмную, сонную тишину.
— Не совсем, — возразила Фрея. Она тоже не могла заснуть после вымотавшего все нервы разговора.
— Как он тебя не убил? — продолжала бубнить старуха. — Или не покалечил за такие слова?
"Сил не хватило", — ответила про себя девушка, вслух проговорив. — Мутный Глаз добрый, как настоящий отец.
Старуха тихо засмеялась
На следующий день Дети Рыси готовились к сбору жёлудей. Мероприятие считалось настолько важным, что Колдун устроил по этому поводу целое представление. И не удивительно. Орехи считались лакомством, но именно из жёлудей после обработки в кипящей воде делали муку, из которой готовили лепёшки, занимавшие значительное место в рационе аратачей.
"Бедноватый у него репертуар", — думала Фрея, наблюдая за прыжками и ужимками толстяка, облачённого в незнакомую маску. Привычно колотил в бубен вечно сонный молодой помощник в замызганной рубахе. Дымилась на углях трава, вызывающая видения. Глухо брякали деревяшки, и тоненько звенел знакомый колокольчик.
Но её новые сородичи пристально следили за пляской Колдуна, оценивали каждое движение, внимательно вслушиваясь в беззвучные выкрики. Внезапно девушка с удивлением заметила, что тоже стала дёргаться в ритме, задаваемом глухими ударами по натянутой коже. "Не хватало ещё запрыгать тут с ним вместе, — опомнившись, фыркнула она. — Получится парный танец придурков!"
Рухнув на траву и проблевавшись, Колдун что-то пробормотал склонившемуся над ним вождю. Белое Перо, резко выпрямившись,