Библиотека

Лягушка в молоке стр. 763

Размер шрифта
-
+
Тема

Эпилог

Как и всякий баренец, Картен Мерк чтил богов, старался по мере возможности посещать храмы и приносить жертвы. Особенно после возвращения из плавания. Как и любому мореходу, ему приходилось видеть такие вещи, которые иначе как чудесами или волшебством не назовёшь. Но слушая необыкновенный рассказ Лация Юлиса Агилиса, которого местные дикари теперь называли Отшельником, не мог поверить его словам.

Хотя живое и довольно симпатичное доказательство их истинности сидело напротив — по другую сторону костра, разложенного на берегу реки. Высокая девушка, чья кожа, несмотря на загар, казалась бледной на фоне смуглых физиономий дикарей, время от времени машинально разглаживала подол радланской столы, прикрывавшей колени. А черты её лица больше подходили какой-нибудь аристократке, но не местным немытым красавицам.

Картен полагал, что только его семье известен путь в эти затерянные на краю света земли. Но и Мерки не ходили бы в такую даль, если бы не сапфиры. Кожи и меха, что предлагали на обмен местные племена, можно найти гораздо ближе к дому. Только драгоценные самоцветные камни, которые он сбывал через посредников, заставляли его каждый год пускаться в рискованное плавание.

Однако, если он единственный мореход, кто посещает эти места, то откуда здесь взялась жительница Империи или другой цивилизованной страны? На берегу ещё куда ни шло. Могло принести ветром, корабли часто становятся игрушкой штормов. Но тут, среди лесов, в глубине суши? Никакого разумного объяснения появления загадочной девицы Картен просто не мог придумать. Оставалось поверить Лацию Юлису. Только как? Через столько лет? Из другого мира! Всё это никак не хотело укладываться в голове практичного морехода. Он старался угадать подвох, разглядеть или учуять обман. Но не мог. Повеяло чем-то таинственным и даже жутким. Баренец окинул взглядом вольготно расположившихся вокруг костра старейшин. Почти все они хоть немного знали радланский, на котором предпочитал говорить Картен. А толстому шаману, несмотря на жару, закутавшемуся в меховой плащ, переводил племянник вождя. Похоже, суровые лесовики безоговорочно верили своему Отшельнику. За годы общения с аратачами мореход понял, что они не любят обманывать. Возможно потому, что это у них очень плохо получается?

Едва рассказчик умолк, Картен, оставив сомнения, решил уточнить:

— Ты хочешь, чтобы мой корабль доставил твою дочь в Канакер?

Вместо старика заговорил предводитель варваров.

— Помоги исполнить волю Великого духа, а за это Дети Рыси дадут тебе много кож и мехов.

Мореход почесал заросший подбородок. В плавании он не брился, и к возвращению домой зарастал густой, клочковатой бородой самого неприятного вида.

— Путь не близкий, кому как не тебе это знать, Отшельник. Мне не раз приходилось хоронить в море своих людей. Выдержит твоя дочь такую дорогу?

— Бледная Лягушка добывала волков и оленей, — смешно коверкая слова, проговорил один из старейшин, а остальные дружно закивали головами.

Картен ещё раз взглянул на непонятно откуда взявшуюся девицу. Ему случалось встречать женщин и выше и крупней. Вот только те оказывались абсолютно не способны за себя постоять. Однако в дочери Лация Юлиса чувствовалась внутренняя сила. Словно у дикого кота, когда тот настороженно наблюдает за более сильным хищником, готовый, если и не победить, то хотя бы как можно дороже продать свою жизнь.

"Для такого товара легко будет найти покупателей среди вождей горных племён, — внезапно подумал

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.