Библиотека

Лилит стр. 10

Размер шрифта
-
+
Тема

неумолимо, словно таран, вновь и вновь бросался под удары, разрывая вереницу защитниц шалаша. Уже и остальные невольно отступились, следя за единоборством. У Одама в изнеможении опустились руки. Но он стоял неподвижно ровно столько, чтоб на него перестали обращать внимание вовсе, и тогда отчаянным, молниеносным прыжком кинулся под ноги тем, кто стоял сбоку, разбивая себе грудь и лицо о выступившие на поверхности корни...

Раздался единодушный вопль растерянности и досады; его могли ещё оттащить от самого отверстия шалаша, но старейшины видели, как Лилит протянула руку, — и ударили в барабан, возвещая, что обряд окончен.

А ведь и соперника отделяло от Лилит всего полшага! Он метнул на Одама тёмный холодный взгляд, полный ярости, но тотчас отвернулся с принуждённым смехом. Жена, готовая всё простить, положила руку на его кровоточащее плечо. Они вместе отошли прочь. Вскоре и голоса остальных отдалились. Солнце зашло, вспыхнули праздничные костры, готовилось обильное пиршество. До Одама и Лилит больше никому не было дела.

Некоторое время в шалаше слышалось только тяжёлое прерывистое дыхание юноши: он видел нечто тёмное в углу, это была, конечно, Лилит. Но она не сделала движения к нему.

— Говори, — прошептал Одам, облизывая разбитые губы. — Когда я слышу твой голос издали, он пахнёт, как ветвь с цветами. Если же ты обратишь его ко мне, он наполнится соком плодов.

Он заговорил так потому, что гортань его пересохла. Речь Одама была проста и предметна, как и сама мысль.

Лилит поняла и молча протянула выдолбленный сосуд. Одам надолго припал к нему. Глаза его привыкли к темноте, он уже различал смутное пятно лица и чёрные — черней самой ночи — волосы Лилит. После утоления жажды в нём вновь зашевелилась горестная мысль: ведь сегодняшняя ночь должна остаться единственной в их жизни! Уже следующее утро разведёт их с Лилит навсегда. Любовь для Одама значила только одно: он спешил получить то, что хотел. Его ум оставался во многом животным умом, всецело следуя инстинктам, способность рассуждать ещё только-только появлялась в нём. Он протянул руки к девушке, стремясь привлечь её к себе. Но она отстранилась.

— У меня только одно сердце, — сказала она глухо. — Пусть и у тебя не будет двух.

А это означало: не лги, не скрывай, не притворяйся.

— Ты знаешь? — пробормотал Одам упавшим голосом.

— Да, — ответила Лилит.

И вдруг она зарыдала. Не так, как хнычут дети. Что-то похожее на яростный крик зверя было в её плаче. Мимолётная радость предстоящей ночи отступила от Одама. Он почувствовал, что с потерей

Лилит лишается всего. Мысли заметались с лихорадочной быстротой.

— Лилит! — воскликнул он, беря её за руку. — Дух двоих сильней, чем одного!

Это была простая формула ободрения: ведь он ещё не знал, как поступить. Но Лилит поняла его иначе.

— Да, дух двоих силён, — подтвердила она, и в темноте стало видно, как диковато вспыхнули её глаза. — Когда мужчина и женщина хотят друг друга, их нельзя разлучить. Мы уйдём из племени.

Решение осенило Лилит внезапно. Но в тот же миг словно всё затвердело внутри неё — так она сделалась непреклонна!

У Одама же вначале захватило дух от одной

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.