Линкоры - властители морей. XVII‑XX века стр. 15
очередь началось строительство ненужного торгового порта и города Дальний (что могла вывозить и чем торговать Россия, используя этот порт?). Отсутствие обводной байкальской дороги значительно снижало пропускную способность, что затрудняло снабжение армии и флота. Строительство броненосцев серии «Бородино» шло медленными темпами. Не имея необходимой ремонтной базы, перед самой войной ушел на Балтику отряд старых броненосцев под командованием адмирала Чухнина. И наконец, отряд адмирала Варениуса (броненосец «Ослябя», три крейсера и несколько миноносцев) двигался на Дальний Восток, что называется, «малой скоростью», не успел войти в состав Артурской эскадры и с началом войны вынужден был вернуться на Балтику.
Таким образом, к началу войны против 14 броненосных кораблей Японии Россия могла противопоставить 11 — 7 эскадренных броненосцев и 4 броненосных крейсера.
Из 7 броненосцев 2 — «Пересвет» и «Победа» — значительно уступали японским как по мощности залпа (имели 254–мм пушки), так и по бронированию. Они фактически явились хорошими крейсерами, но имели меньшую скорость — 18,5 против 20—22 уз. у японских броненосных крейсеров. Три броненосца типа «Петропавловск» значительно уступали в скорости японским броненосцам — 16 уз. против 18. И только два, «Цесаревич» и «Ретвизан», были современными и практически равноценными японским броненосцам типа «Микаса».
В ночь на 9 февраля 1904 т. внезапным нападением на Тихоокеанскую эскадру, стоящую на внешнем рейде Порт–Артура, началась Русско–японская война Броненосцы «Цесаревич», «Ретвизан» и крейсер «Паллада» были подорваны торпедами с японских миноносцев и надолго вышли из строя — вот где сказались отсутствие необходимой ремонтной базы и неразумное расходование кредитов. За день до нападения адмирал С. О. Макаров в докладной записке адмиралу Авелану указывал на опасность нахождения флота на внешнем рейде.
Историки с удовольствием цитируют это предвидение, так блестяще подтвержденное, но при этом забывают упомянуть и вторую часть записки, где Макаров указывает также и на опасность нахождения на внутреннем рейде. Порт–Артур имел узкий и мелководный выход в море и мог быть легко заблокирован несколькими брандерами — транспортами, груженными, например, цементом, и затопленными в проходе. В результате весь флот был бы полностью выведен из действия, исключая разве миноносцы. В Порт–Артуре имелся трофейный бон, взятый в китайском порту Таку, но он не был готов — не было кредитов.
На следующий день в корейском порту Чемульпо японской эскадрой адмирала Уриу (6 крейсеров и 8 миноносцев) были атакованы крейсер «Варяг» и «Кореец».
После боя, длившегося около часа, русские корабли вернулись на рейд. «Кореец» был взорван, а «Варяг» затоплен на мелководье, так что в отлив над водой выступала значительная часть борта. Об этом было написано столько, что не следовало на этом останавливаться, тем более что непосредственно к теме это не относится. Но хочется. Чем руководствовался капитан Руднев, затопив крейсер на мелководье? По–видимому, во–первых, он верил в победу русского флота и надеялся на то, что к окончанию войны его поднимут русские. Во–вторых, Чемульпо — слабооборудованный порт, и вряд ли японцы смогут им воспользоваться во время войны, так как подъем связан с большими техническими трудностями.
Однако можно предположить, что Руднев сделал не все из того, что должен был сделать. Ему не хватило мужества капитана Сакена. Прорваться в Артур он не мог или почти не мог (слишком неравны были силы), но вот пойти на