Литературные «негры»: жалость, жадность, бесплодие и забвение стр. 2
«Это пойдет тебе на пользу, – говорят юноше посредники. – Она – женщина опытная. Многому может научить…»
«… такой известный писатель! – говорят в издательстве кандидату в будущие альфонсы. – Он может многому научить тебя, начинающего. Тебе крупно повезло! Еще и денег заработаешь!»
Не знаю как у альфонсов с опытом, но, думаю, что в обоих случаях материальная составляющая является главной. В основе – очень естественное желание как можно быстрее пересесть с «Жигулей» на БМВ. Опять-таки не знаю, как у юных альфонсов, но подкладывающиеся под «бренды» молодые авторы крайне редко достигают даже относительного благосостояния. Да, они зарабатывают за условную единицу текста вдвое-втрое больше, но зато навсегда теряют перспективу стать настоящими писателями. Я имею в виду не только и не столько успех, сколько – литературную индивидуальность. Потому что даже в том случае, когда писатель, пользующий такого создателя «литературной массы» и поможет ему овладеть кое-какими литературными приемами, то целью писателя-«бренда»
будет отнюдь не обучение «помощника» мастерству, а исключительно – затачивание его под себя, под свой стиль и свою манеру творчества.
Но вот беда: творчество – такая тонкая штука, что чужой творческий опыт может быть, да, познавателен, но он был и остается – чужим. Рассчитывать на его «универсальность» так же нелепо, как надеяться накачать мускулатуру, наблюдая за чужой тренировкой. А тут и «бренд» (напоминаю, что мы говорим о тех редких случаях, когда хозяин Имени – действительно писатель и ему небезразлично, что будет под его обложкой) в конце концов понимает, что проще самому выправить слитый «помощником» текст. И выправляет. Причем «выправляет» иной раз то, что «помощник» считает лучшим из написанного. И нередко – справедливо считает. Но…
Творческая удача как правило – проявление литературной индивидуальности. А литературная индивидуальность помощника мало того, что не совпадает с оной у хозяина Имени, так еще и проявляться может (у начинающего писателя) довольно коряво. Видели когда-нибудь, как бежит щенок борзой? Не очень-то, верно? Взрослый бультерьер галопирует куда увереннее. И если он начинает учить этакого неумеху, то пользы от такого обучения немного. Одна надежда – на природный инстинкт, который нейтрализует «бультерьерскую» методику. В нашем случае эти надежды ничтожны. Творческий дар – не инстинкт. Тут другие правила Игры.
Столкнувшись с «мастерской» правкой «помощник» немедленно делает выводы. Свои. И качество его продукта заметно падает. А зачем стараться, если хозяин Имени все равно поправит?
Вот с этого и начинается настоящее падение литературного «альфонса». Когда он говорит себе: «буду писать, как пишется, заказчик все равно исправит». До этого момента он еще может сменить профессию. По крайней мере теоретически. После – никогда. Потому что литературное творчество для «негра» становится Халтурой. Год, два, максимум три – и от литературного дарования не останется ничего. Кое-какие ремесленные навыки и острое желание получать как можно больше денег за как можно меньший объем работы. И вот уже старый бесплодный