Любительница авантюр стр. 42
ты финансируешь проекты по сохранению дикой природы, – догадалась она.
– Компания действительно выделяет на них средства, – признался Бен. Он говорил резко, и Мэри задалась вопросом, почему он так отреагировал.
Но чем дольше они находились в этом удивительном месте, тем отчетливее она понимала, до чего Бен одинок. В этот заповедник он всегда приезжает один. Непонятно, почему она продолжает размышлять о его одиночестве. Ведь ей предстоит стать матерью-одиночкой. И все же у нее сжималось сердце при мысли о том, что рядом с Беном нет по-настоящему близкого человека.
Мэри вдруг вспомнила, как однажды поклялась никогда не полагаться на мужчину. А если позволить мужчине положиться на нее?
До чего безумная мысль! Мэри чувствовала, как что-то меняется. Стена, которую она возводила вокруг себя многие годы, дала трещину.
Решив, что поддалась эмоциям, Мэри приказала себе не думать об одиночестве Бена. Он живет так, как ему нравится. А она с завтрашнего дня начнет строить собственную жизнь.
Они обедали на берегу реки среди красот, от которых захватывало дух.
Доев последний эклер, Мэри улеглась на подушки и посмотрела вверх – на массивные ветви сосны, через которые пробивались лучи солнца.
– Это было волшебно, – прошептала она. – Большое спасибо, что привез меня сюда.
– Я мог бы привозить тебя сюда раз в месяц, – отозвался Бен. – Каждый раз, когда приезжаю сам.
– Тогда тебе придется ежемесячно высылать мне по почте авиабилет, – выдавила она, переведя дыхание.
– Я хочу, чтобы ты осталась. – Помедлив, он прибавил: – Мэри, я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.
Мэри резко взглянула на Бена, словно решив, что он шутит. Но она увидела перед собой чрезвычайно напряженного человека.
– Ч-что? – с трудом произнесла она. – Что ты имеешь в виду?
– Последние сутки я все время об этом думал, – сказал он. – Это единственное логичное решение.
Мэри кивнула, заставляя себя мыслить здраво и решив вести себя как медсестра с сумасшедшим.
– Логичное. Понятно.
– Ты со мной согласна?
– Хм, нет.
– Ты не сможешь остаться здесь, если мы не женаты, – сказал Бен. – Американская иммиграционная политика не одобряет матерей-одиночек, не имеющих поддержки.
– Правильно. – Мэри подумывала сесть, но тогда Бен может подумать, будто она восприняла его предложение всерьез.
– Я не подозревала, – сказала она наконец, – что хотела бы жить в Америке. – Она огляделась. – Тут очень красиво, но это не мой дом.
– А где твой дом?
– В Тайкойе, конечно, – удивленно ответила Мэри.
– Ты счастлива там?
– У меня есть работа. У меня есть соседи. И Хайнц.
– Насчет Хайнца я выяснил. Мы можем перевезти его сюда почти сразу.
– Он будет жить в твоей роскошной квартире? – Мэри казалось, что она никогда еще не вела такого безумного разговора. – Бен, о чем ты говоришь?
– Я говорю о нас, – серьезно и рассудительно произнес он. – Мэри, я думал почти весь вчерашний день. Я хочу помочь тебе поднять этого ребенка.
Поднять этого ребенка… Он говорил как на автомате. Словно перечислял ингредиенты для выпечки хлеба или сообщал о корабле, затонувшем на дне океана. Поднять этого ребенка…
– Как? – выдавила она, поняв, что Бен действительно всерьез об этом размышлял.
– Мы одиночки, – сказал он. – И ты, и я. Нам нужно собственное личное пространство. Проблема в том, что мы должны вырастить этого ребенка вместе, и
хорошо,