Библиотека

Любовь наглеца стр. 40

Размер шрифта
-
+
Тема

начиналось.

— Поехали? — прошептал он.

— Поехали.

Церемония была нежной и очень быстрой. Мы не могли придумать длинных клятв. Мы оба ненавидели неискренность. Поэтому когда регистратор предложил сказать несколько слов друг другу, мы сначала растерялись.

Рома посмотрел на меня, взял мои руки в свои и заговорил. Голос его был тихим, но абсолютно четким, и его слышал каждый в зале.

— Даш, — начал он. — Мы с тобой начали все с конца. С глупостей, с обид, с недоговоренностей и обмана. Мы узнавали друг друга заново. Учились спорить и мириться, молчать и говорить, болеть и заботиться. И я понял одну вещь. Я не могу пообещать тебе вечность. Но я могу пообещать тебе завтра. И послезавтра. И все остальные завтра, которые у нас будут. Я могу пообещать, что всегда буду тем парнем, который принесет тебе чай, когда ты болеешь. Который будет держать тебя за руку, когда страшно. Который будет помнить все наши «первые разы». Я люблю тебя. Не за что-то. А просто потому, что ты — это ты. И мое место всегда рядом с тобой.

В зале стояла абсолютная тишина. Даже Гия с Алиской перестали перешептываться. А у меня по щекам текли слезы, но я даже не пыталась их смахнуть.

Пришла моя очередь. Я сделала глубокий вдох, сжала его руки.

— Ром, — начала я, и голос дрогнул. — Ты помнишь, ты тогда спросил, разрешаю ли я тебе заботиться обо мне? Так вот. Я не просто разрешаю. Я прошу. Навсегда. Я прошу быть моим домом. Моим самым надежным и теплым местом. Моим лучшим другом, с которым можно и в огонь, и в воду, и в аптеку за очередной порцией лекарств от моей простуды. Ты научил меня не бояться быть слабой. Ты научил меня, что настоящая сила — это не в том, чтобы делать все самой, а в том, чтобы позволить другому человеку помочь тебе. И позволить себе помочь ему. Я люблю тебя. И я выбираю тебя. Каждый день.

Мы не слышали, что сказала регистратор дальше. Мы не видели ничего, кроме друг друга. Мы просто обменялись простыми кольцами, без камней, точно такими же, как и все в нашей истории.

А потом он поцеловал меня. Это был не страстный поцелуй. Это был медленный, нежный, глубокий поцелуй. Поцелуй-обещание. Поцелуй-возвращение домой.

А потом был тот самый синий Запорожец, увешанный бантами и жестяными банками, который с таким же треском и грохотом, как и три года назад, повез нас в наше совместное завтра. Мы мчались по знакомым улицам, ветер бил в лицо, а Гия и наши друзья кричали нам вслед что-то радостное и неразборчивое.

Три года. Они пролетели как одно мгновение. Но впереди у нас была целая вечность из таких же мгновений. И я знала, что каждое из них будет таким же настоящим. Таким же нашим.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.

Советуем почитать

Рекомендуемые жанры