Любовь не ждет стр. 96
О Боже, вот что на самом деле бесит: она позволила ему это. Она позволила Хантеру поцеловать себя, вместо того чтобы сразу же пресечь его поползновения. И знала, что он отпустит ее, как только она скажет. Для Хантера это игра: поддразнивание, рискованные шутки, даже поцелуи.
И она не верила в объяснение, которое он дал в оправдание этой скандальной демонстрации обнаженной плоти. Наверняка ему хотелось произвести на нее впечатление своими мускулами. Разве он не сказал, что удивился, не обнаружив ее на кухне? Видимо, рассчитывал, что поразит ее воображение своим видом! Неужели он думал, что она кинется в его объятия, не в силах
устоять перед потрясающей фигурой, если увидит его полуголым?
Кстати, на полу не было грязных следов, подтверждающих заявление Хантера, будто он перепачкался с головы до ног. Тиффани заглянула в ванную. На полу валялась кучка одежды, которая действительно выглядела грязной. Сапог, однако, не было. Неужели он настолько предупредителен, что снял их снаружи, чтобы не наследить на полу? Она приоткрыла заднюю дверь и высунулась наружу. Его заляпанные грязью сапоги валялись за порогом. По ним катался поросенок, пребывая в явном восторге. По крайней мере хоть кто то здесь счастлив, подумала Тиффани, закатив глаза.
Подняв поросенка, она внесла его внутрь, стараясь держать как можно дальше от себя, и опустила в раковину. Бедняга завизжал, когда она пустила воду, но успокоился, когда она принялась смывать с него грязь.
— Нравится мыться? Но мы не будем превращать это в привычку, — предупредила она притихшего поросенка.
Вытерев насухо кухонным полотенцем, она выставила его наружу и подтолкнула в сторону свинарника. Крохотное животное в очередной раз подняло ей настроение. Весь ее гнев улетучился — пока, во всяком случае. Наверняка он вернется, как только Хантер снова окажется перед ее глазами.
Ей не пришлось ждать, чтобы проверить это предположение. Хантер уже находился в кухне. Тиффани не знала, сколько времени он простоял у двери, наблюдая за ней, но наверняка достаточно долго, чтобы видеть, как она вынесла поросенка наружу.
— Теперь обед сам приходит на кухню? — хмыкнув, поинтересовался он.
— Даже не думайте об этом.
Он вскинул бровь.
— Только не говорите, что подружились с поросенком.
При этом абсурдном предположении Тиффани вздернула подбородок.
— Конечно, нет. Но что, если бы и так?
— Вы такая вся чопорная и правильная, Рыжик, что заводить в качестве домашнего любимца животное, которое вырастет в здоровенную, весом более шестисот фунтов свинью, просто…
Само предположение так развеселило Хантера, что он расхохотался, не закончив фразу. Это было настолько заразительно, что Тиффани не смогла даже рассердиться на него. Он искренне наслаждался жизнью, находя забавное даже в самых пустячных вещах. Внезапно перед ее мысленным взором возник образ его широкой обнаженной груди. Видимо, она слишком долго смотрела на него. Вспомнив, что произошло в спальне, она отвела взгляд, но сердце учащенно забилось.
Поспешив к плите, она схватила большую ложку и принялась так энергично помешивать суп, что он выплеснулся из кастрюли. Смех затих, и внезапно Хантер оказался рядом с ней, но только для того, чтобы налить себе кофе. Однако, вернув кофейник на плиту, он не отошел, а остался стоять с чашкой в руке.
Даже не глядя на Хантера, Тиффани чувствовала его взгляд. Неужели он