Любовь по-техасски стр. 4
стрижку и выглядит более солидно.
Ну, а где же пивной животик? Ведь Митчу вот-вот стукнет тридцать. Одного взгляда на его белую рубашку, аккуратно заправленную в джинсы, достаточно, чтобы понять — мышцы пресса твердые, как гладильная доска. Рукава закатаны и открывают загорелые руки чуть ниже локтя.
Спокойно! Возьми себя в руки. Все изменилось, Тэйлор. Ты больше не сопливая четырнадцатилетняя девчонка, которая сходит с ума по взрослому парню. Поболтай с ним. Вспомните вместе прошлое, посмейтесь над твоим наивным признанием и еще более наивным поцелуем. Митч, скорее всего, списал твой поступок на подростковый возраст и уже обо всем позабыл.
— Так ты не помнишь нашу последнюю встречу? — спросила Тэйлор.
— А надо? — задумался Митч.
— Да нет.
Прекрасно, он действительно все забыл. Что же тогда она мучается? Самый унизительный момент в ее жизни ничего не значит для Митча.
— Тебя не узнать. И ты носишь другую прическу.
Еще бы. Десять лет назад у Тэйлор были ничем не примечательные волосы — длинные и прямые, как солома, скучного мышиного цвета. Спустя два года, в колледже, соседка по комнате объяснила Тэйлор, что волосы можно стричь и укладывать, а губная помада существует не только для того, чтобы писать сообщения на зеркале.
Постепенно Тэйлор удалось вернуть себе веру в собственную привлекательность, которая, как ей казалось, навсегда улетучилась за те несколько минут у бассейна.
Замкнутой и нелюдимой она тоже не могла себя назвать. Во всяком случае, до прошлого года, когда ее бросил жених и ушел к женщине, которая вскоре бросила его самого. Тэйлор поняла тогда, что не такая уж она и стойкая.
Митч тем временем с интересом рассматривал ее. И, кажется, остался доволен увиденным. Нет, она не покраснеет. Проклятье! Две минуты наедине с Самым Знаменитым Ковбоем — и она готова сквозь землю провалиться от смущения.
Тут Тэйлор поняла, что все еще держит гостя на крыльце.
— Ой, входи, пожалуйста.
— Спасибо. — Каблуки Митча стукнули по деревянному полу.
Тэйлор быстро захлопнула дверь, чтобы не нарушать температуру внутри дома, поддерживаемую кондиционером.
Митч остановился в коридоре, вертя в руках черную ковбойскую шляпу, и огляделся по сторонам. Внезапно его брови сошлись на переносице, и он о чем-то задумался. Тэйлор проследила за его взглядом. Справа от них была гостиная с большим квадратным камином, выложенным плиткой. Возле камина стоял диван в форме буквы S, покрытый пледом в сине-зеленую клетку. Такие диванчики называют «сиденье для влюбленных». Перед ним располагался дубовый кофейный столик.
Слева находилась комната, которую в семье Стивенс называли салоном. Там тоже был камин, такой же большой, но кирпичный. Перед огромным широкоэкранным телевизором выстроился ряд кресел. Вся мебель была новая, в современном стиле. За салоном размещались кухня и столовая. Пол во всех помещениях на первом этаже был из темного дерева. Дом, где прошло детство Тэйлор, построили еще в тридцатых годах прошлого века, и земля, на которой он стоял, принадлежала нескольким поколениям Стивенсов. Тэйлор мечтала, чтобы так продолжалось всегда, поэтому она не пожалела денег на ремонт и новую обстановку, необходимую для переоборудования дома в мини-гостиницу.
— Как поживает Джен? — вдруг спросил Митч.
Тэйлор должна была бы догадаться, что он не забыл ее