Любовь в прямом эфире стр. 2
в камеру, не в силах повернуться к Саше. И потом, что она увидит? Его лицо, тоже щедро покрытое гримом. Такое лицо, как он говорит, не прочитывается до конца. Но его рука… Но его пальцы… Они сильнее впиваются в плечо и жгут. Как будто пять раскаленных угольков впечатались в тело.
— Надя, — снова позвал Саша, и она внезапно выпрямилась. Будто звук собственного имени подхлестнул. — Скажи мне, что ты выйдешь за меня замуж.
Никакое мороженое не могло бы дальше оставаться холодным и закаленным от жара подобных слов. Надя почувствовала себя так, будто на нее плеснули кипятком. Сердце с отчаянной силой толкнуло кровь, и та рванулась, понеслась, зажигая все тело.
Как горячо стало в животе… Как напряглись бедра… Колени больше не дрожали. Шея снова обрела подвижность, и Надя медленно повернула голову к Саше. Руки сами собой поднялись, потянулись к его щекам.
— Скажи мне, скажи, — подталкивал он, не отрывая серых глаз от ее зеленоватых. Теперь их зрачки сцепились так, что казалось, никогда больше не смогут оторваться друг от друга. — Скажи мне «да».
Надино дыхание сбилось, она открыла рот и глотнула воздух. Ее взгляд метнулся к Сашиному уху — не вьется ли от него туго скрученная спиралька провода. Нет, не вьется. Значит, это говорит он сам,
это не подсказка режиссера, а его собственные слова. И он произносит эти потрясающие слова перед тысячами мужчин и женщин, которые сидят у себя дома и смотрят программу кабельного телевидения.
Так что же, он на самом деле хочет услышать от нее краткое слово «да»? Прямо сейчас? Перед всеми?
Надины губы задрожали и раздвинулись.
А она? Она? Она хочет сказать это «да»?
Надя собиралась еще о чем-то спросить себя. Спросить его. Но губы опередили. С них сорвался шепот, усиленный чуткими микрофонами:
— Да…
Саше показалось, что Надя говорит слишком тихо. И он попросил:
— Громче, пожалуйста. — Снова пять угольков обожгли Надино плечо.
— Да, — сказала она в полный голос. — Да, Александр Артемов. — Я выйду за тебя замуж.
Саша наклонился к ней, горячими губами коснулся дрожащих Надиных губ. Она закрыла глаза, чувствуя, что если они останутся открытыми, то из них выкатятся слезы. И наверняка испортят макияж.
— А теперь мы готовы рассказать вам нашу историю, — сказал Саша, и в его голосе прозвучало облегчение.
Рекламная заставка отгородила Надю и Сашу от зрителей. Теперь они любовались россыпью мороженого — сахарными рожками в золотой фольге, брикетами с фигурками пиратов, вооруженных саблями, стаканчиками, украшенными розовыми розочками, рыжими и желтыми палочками фруктового льда.
— Все эти лакомства вам предлагает щедрая фирма «Винд», — внушал вкрадчивый мужской голос. — Поверьте, сладкий холод способствует жару любви…
1
Надя потянулась на кушетке, чувствуя, как благодарно отзывается каждый позвонок, каждый сустав и каждая мышца. Она прошлась рукой по груди, по животу, по бедрам, прикрытым пестренькой ночной рубашкой с кружевным кантиком по вырезу на шее и подолу. Погладила себя — просыпаться надо с радостью, тогда весь день будет хорошее настроение.
Потом Надя открыла глаза и увидела, как мерно колышется розовая ситцевая оконная занавеска. Она не закрывала створки на ночь специально для того, чтобы утром проснуться от запаха флоксов, которые росли на клумбе прямо под окном. Она повернулась на бок, подтянула