Любовное перемирие стр. 5
бы не указывать в журнале владельца" дома. Правда, я собиралась заплатить тебе…
Но владелец замка уже спустился по каменным ступеням во двор и большими шагами удалялся от нее. Стелле пришлось догонять его бегом. Забежав вперед, она преградила ему дорогу.
— Пожалуйста, выслушай мой план, Джимми. Ты же не собираешься здесь жить постоянно, верно? Так почему бы тебе не разрешить фотографу, модели, гримеру и мне пожить в доме максимум дней десять? Остальные могли бы разместиться в ближайшей гостинице.
— Здесь нет гостиниц поблизости, Стелла, и в дом я никого не пущу. — Он взял ее за локти и встряхнул. — Ты глухая? Никаких
съемок на моей земле, никаких фотографов, моделей и гримеров. Садись в свою машину и отправляйся искать другое место.
— Ты делаешь мне больно! — закричала Стелла.
Джеймс подумал, что, вероятно, так оно и есть. Он убрал руки от нее и отступил назад.
— Где ты оставила свою машину?
— Я приехала сюда на такси.
С высокого склона Джеймс посмотрел в сторону дороги, подходившей вплотную к границам его владений. Дорога была пустынна.
— Я отправила такси в Эдинбург. Техническая группа прилетит сюда на вертолете, — объяснила Стелла.
— Постой здесь, я попрошу одного из охранников доставить тебя в Эдинбург.
На лице Стеллы появилось выражение отчаяния, которое быстро сменилось очаровательной улыбкой, увидев которую Джеймс Макларен застыл на месте. За шесть месяцев близкого общения он успел хорошо разобраться в этой женщине.
— Скажи, пожалуйста, Джимми, — заговорила Стелла, манерно растягивая слова, — в каком из журналов ты предпочел бы увидеть фотографии твоего сокровенного детища?
Это была неприкрытая угроза.
— Прежде чем шантажировать меня, тебе следовало бы хорошенько подумать. Я пришлю охранника, который выкинет за пределы моей территории тебя, а также всех остальных, кто посмеет сюда явиться. — Джеймс говорил негромко, но убедительно. — И перестань называть меня Джимми. Отныне я для тебя исключительно Джеймс Макларен.
Стелла побледнела, обещание Джеймса напугало ее. Страх, однако, никак не повлиял на ее решительность. Подняв к нему лицо и пристально глядя в его глаза, она сказала:
— У меня нет возможности отменить распоряжения. Техническая группа уже вылетела. Завтра в Эдинбург прилетает знаменитая фотомодель.
— Это твои проблемы. Напрасно ты пустилась в эту авантюру: выслеживать меня, организовывать здесь съемки. Теперь тебе придется самой расхлебывать кашу, которую заварила с одной-единственной целью — досадить мне в отместку за мой разрыв с тобой. — Джеймс смотрел на нее с презрительным отвращением.
— Хорошо, мы ограничим съемки пятью днями. Если бы я не боялась тебя оскорбить, то предложила бы деньги за право снимать новую коллекцию одежды на твоей земле.
Джеймс рассмеялся ей в лицо, и Стелла покраснела.
— Дорогой, не вынуждай меня выкручивать тебе руки, — сказала она, сдерживая гнев.
— Что ты сказала? — спросил Джеймс, прищурив глаза.
— Ты всегда стремился хранить свою личную жизнь в глубокой тайне, не так ли? — Хитрая улыбка скользнула по губам Стеллы. — Вот я и подумала о нескольких бульварных журнальчиках, которые с радостью опубликуют эксклюзивное интервью с любовницей магната Джеймса Макларена, а также фотографии его нового дома, который он тщательно скрывает от посторонних глаз.
Лицо Джеймса словно окаменело. Поверх головы Стеллы он медленно обвел взглядом