Лондон бульвар стр. 96
на панка дуло, повел им слегка и сказал:
— Давай толкай.
Буря нарастала. Удары ливневых струй чувствовались даже через дождевик Панк еле-еле тащил тележку, но в конце концов мы всё же добрались до вяза. Джордан бросил на землю заступ и велел:
— Копай.
Панк вытер кровь и сопли с разбитого носа, спросил:
— Что, я?
— Ты.
Раскисшая от дождя земля облегчила работу панку, но он всё время оскальзывался и падал.
Джордан отдал мне фляжку, и я пил как сумасшедший.
Наконец могила была выкопана. Джордан наклонился над тачкой, достал из плаща кусачки и отрезал Керковяну мизинец.
Панк заскулил.
— Господи Иисусе, — выдохнул я.
Хруст кости
прозвучал как пистолетный выстрел. Затем Джордан наклонил тачку, и тело упало в яму. Удар о землю был как всплеск в адовом котле.
Джордан протянул мне «зиг-зауэр».
— Что? — произнес я с недоумением.
Он посмотрел мне прямо в глаза, проговорил:
— Я заметил, что твоя речь засорена американизмами, так что… твой выстрел.
Панк понял, что сейчас произойдет, заблажил:
— О боже, мистер Митчелл, я никому ничего не скажу!..
Я выстрелил ему в лоб. Он немного постоял, покачался, потом упал в яму. Джордан взял лопату, начал закапывать могилу. Я не пошевелился, просто стоял там, под дождем, «зиг» дрожал у меня в руке.
Джордан выпрямился, сказал:
— Пойдем выпьем по чашке чая.
За кухонным столом, когда Джордан готовил чай, я сказал:
— Микки Спиллейн всегда заставлял своих персонажей пить виски, потому что не мог правильно написать название коньяка.
Джордан промолчал.
Мне было все равно.
Он поставил на стол дымящиеся чайники, спросил:
— Печенье?
— Это «Рич»?
— Всего лишь «Микадо».
— Тогда я пас.
Он достал из-под раковины бутылку «Гленливет», я говорю:
— У тебя что, повсюду бутылки рассованы?
— И не только бутылки.
— О!
Он отвинтил крышку, плеснул виски в чай.
Я отхлебнул. Почувствовал вкус чая, в который добавили виски.
Скрутил сигаретку, предложил Джордану. Он взял, я начал вторую. Зажег, и через минуту над нами уже висело облако. Я спросил:
— Джордан, почему тебя так назвали? Ведь не из-за бейсбола?
Он фыркнул, ответил:
— Мой отец родился на берегу Иордана.
— Я думал, ты венгр.
— Мы переехали.
— Ты когда-нибудь слышал эти строки:
Во мне столько гробов,
Как на старом кладбище…
Он затушил окурок, сказал:
— Еще ничего не кончилось.
— Боюсь, ты прав.
Я поднялся из-за стола:
— Мне нужно вздремнуть.
— Тебе это точно нужно.
~~~В ТУ НОЧЬ я имел Лилиан.
Сверху
снизу
на боку
на полу
на столе
на кровати.
Ну и так далее.
Когда все закончилось, я сказал:
— Не могу понять, почему у тебя часто сменяются работники.
В тот вечер, часов в восемь, я лежал на кровати, читал книжку Джона Сэнфорда из серии «Хищник и жертва».
Зазвонил мобильник.
Это была она. Говорит:
— Составь мне компанию.
И я пошел. Прогулялся до главного дома; везде в окнах горел свет. Джордана нет в помине. Поднялся наверх по ступенькам. Дверь в спальню приоткрыта, я постучал, услышал:
— Входите.
Я, естественно, вошел.
Она стояла у окна в черной шелковой ночной сорочке.
Я подошел, она спросила:
— Что тебя так задержало?
Ну что, пора оторваться по полной. Мне нужно спустить три года тюряги, а у Лилиан, наверное, своя история имелась.
Когда мы наконец насытились,