Лорд Джон и суккуб стр. 29
запретил убивать детей. Помочь вам, милорд?
— Что? — Грей уставился на слугу. — Нет, не надо. Продолжай. Каких детей?
Волосы у Тома стояли дыбом — он имел привычку ерошить их, говоря о чем-нибудь для себя интересном.
— Был тут у них такой обычай, милорд: как, бывало, строят что-нибудь, так непременно купят ребенка у цыган — или просто так заберут — да и замуруют в фундамент. Особенно если мост закладывали. Чтобы никакое зло по нему не прошло, понимаете?
Грей ощутил холод в затылке, и его пальцы, перебиравшие пуговицы, стали двигаться медленнее.
— Ребенок, с которым это проделывали, должно быть, кричал и плакал?
— Да, милорд, — удивился Том. — А как вы догадались?
— Не важно. Стало быть, Святой Оргвальд положил этому конец. Честь ему и хвала. — Теперь Грей уже добрее взгля нул на золотой ларчик. — Ты говоришь, здесь есть часовня — и что же, в ней еще молятся?
— Нет, милорд. Хранят всякий хлам. То есть служб там нет, но люди все равно туда ходят. — Парень заметно покраснел и склонился над своей работой. Грей заключил, что Ильзе нашла еще одно применение заброшенной часовне, но не стал останавливаться на этом.
— Ясно. Что еще интересного тебе Ильзе рассказывала?
— Смотря что считать интересным, милорд, — Том по-прежнему не поднимал глаз, но Грей по прикушенной верхней губе видел, что у парня в запасе есть кое-что любопытное.
— В эту минуту меня больше всего интересует постель, — Грей освободился наконец от жилета, — но все равно расскажи.
— Вы, наверно, знаете, что няньку так и не нашли?
— Да, слышал.
— А известно вам, что она прозывалась Кёниг и была женой того гунна, которого суккуб уморил?
Грей упорно отучал Тома называть немцев «гуннами», по крайней мере в их присутствии, но сейчас пропустил это мимо ушей.
— Нет, я не знал. — Грей медленно развязал шейный платок. — А слуги, выходит, знали? — Грея больше занимало, знал ли об этом Стефан фон Намцен.
— Знали, милорд. — Том положил иглу и поднял глаза. — Солдат-то ведь тоже раньше работал тут, в замке.
— Когда работал? Он, значит, был здешний? — Солдаты часто промышляли тем, что работали на местных жителей в свои вольные часы, но люди Стефана не пробыли здесь и месяца. И если нянька была замужем за тем человеком…
— Да, милорд. Они оба здешние. Он несколько лет назад записался в местный полк, а сюда приходил работать…
— Какую же работу он делал? — Грей не был уверен, имеет ли это отношение к кончине рядового Кёнига, но хотел добыть побольше сведений.
— Плотничал, милорд, — беззапинки ответил Том. — Тут наверху дерево жучок источил, вот и надо было заменить кое-что.
— А ты хорошо осведомлен, я вижу. Немало, должно быть, времени провел в часовне с красоткой Ильзе.
Невинный взгляд, которым ответил ему Том, обличал грешника куда больше, чем откровенная ухмылка.
— Милорд?
— Нет, ничего. Продолжай. Когда его убили, он тоже работал здесь?
— Нет, милорд. Его два года не было — ушел со своим полком, а сюда он, говорят, заходил на той неделе просто так, повидаться с друзьями.
Грей со вздохом облегчения снял кальсоны.
— Господи Боже, что это за страна, в которой крахмалят подштанники! Поговорил бы ты с прачкой, Том.
— Виноват, милорд. — Том подобрал сброшенное Греем белье. — Я не знаю,