Лорды Белого замка стр. 212
он. – Все кости целы, ран тоже нет, перевязывать нечего.
«Но забота и уход все-таки требуются», – подумала Мод, ведя супруга в башню.
Первым делом надо было позаботиться об Алене – не только ради него самого, но и ради спокойствия Фулька. Вспомнив, как монах в Уотни осматривал Теобальда, когда тот потерял сознание, Мод посветила Алену в глаза фонарем, чтобы убедиться, что душа не покинула тело. Оба глаза отреагировали на свет: зрачки сузились. Когда Мод позвала юношу по имени, он тихо застонал и вздрогнул всем телом. Она спиной чувствовала, что сзади стоит Фульк и внимательно, словно коршун, следит за всеми ее действиями.
– Не думаю, что Ален умрет, – сказала Мод, постаравшись придать своим словам как можно больше убедительности. – Если получится дать ему с ложечки меда с водой, будет отлично. Мне кажется, он сможет глотать.
– Я сделаю, – вызвалась Барбетта.
Мод с благодарностью кивнула служанке и перешла к следующему раненому. Фульк следовал за ней тенью. Мод физически чувствовала, как мужу хочется услышать от нее, что все будут жить, но как могла она такое пообещать? На все воля Господня. По крайней мере, никто не был ранен в живот – в подобных случаях люди мучились несколько дней и умирали, крича от боли. Но было несколько серьезных ран, которые
требовалось зашить, и сломанных костей, которые следовало вправить. Мод послала за священником: тот был сыном конюха и кое-что понимал в переломах. А тех, кто хоть что-то умел, отправила перевязывать менее серьезные раны.
Закатав рукава, она и сама принялась за работу: промывать, зашивать, перевязывать, утешать и ободрять. Первое время Фульк оставался с женой, разговаривая с солдатами, которых она пользовала, но в какой-то момент ушел. Когда Мод остановилась передохнуть и огляделась, его нигде не было.
Филип получил удар булавой по бедру. Кость не пострадала, но ушиб оказался сильным. Уильям накладывал брату холодный компресс.
– Фульк? Недавно был здесь, с Аленом, – ответил Уильям на ее вопрос. – Думаю, он отправился на стену.
– На стену?! – с ужасом повторила Мод. – То есть вас преследовали?
Филип покачал головой.
– Нет-нет, – быстро сказал он, – погони не было. – Невесело ухмыльнулся и добавил: – Они нам шкуру попортили, а мы с них шкуры спустили. Так что этим типам было уже не до преследования.
– Тогда зачем Фульк?..
– Дело в том, что друга Алена, – Филип показал на неподвижного брата, – Одульфа де Браси, взяли в заложники и, скорее всего, вздернут, когда доберутся до Шрусбери. Жан де Рампень поехал следом, чтобы попытаться спасти его. – Филип потер лицо. – Фульк тяжело воспринял это известие. Пока что из всех передряг он выводил нас целыми и невредимыми. А теперь вот считает себя виноватым, но это же неправда. – Он тревожно посмотрел на Мод и заключил: – Иди к мужу. Ты ему сейчас нужна.
Она взяла плащ и, покинув комнату, поднялась по лестнице на деревянный настил. Помня о своей недавней неудаче, Мод старалась ступать осторожно. Мелкий дождь пеленой застилал ночной воздух, распространяя запах дыма, поднимавшегося от очагов.
Фульк напряженно смотрел на дорогу, хотя увидеть ничего было нельзя. Уже совсем стемнело, и свет шел только из башни и из окон деревенских домишек.
– Спускайся вниз и сними доспехи, – мягко произнесла Мод, подходя к нему. – У тебя