Библиотека

Лорды Белого замка стр. 250

Размер шрифта
-
+
Тема

открыл глаза.

– Хорошо, – кивнул он и осушил бокал до самого дна, на котором обнаружился осадок. – Пусть Фицуорин будет прощен за все преступления против меня и пусть ему будут возвращены его земли. Но имей в виду, Уилл: я делаю это из любви к тебе, а не из любви к Фицуорину.

Когда Иоанн увидел, что на лице Солсбери промелькнул восторг, то испытал желание хорошенько пнуть брата. Слова были сказаны, но ему непреодолимо хотелось взять их назад, ибо это было признанием поражения. Даже осознание того, что Фицуорину придется преклонить перед ним колено и сдаться, казалось слабым утешением. Заметив, что радость Солсбери вот-вот выльется в

слова, король поднял руку:

– Ни слова больше! Ты и так принудил меня выпить из кубка, который я бы охотно отверг. Не заставляй меня отказываться от своего решения.

У Солсбери вытянулось лицо, но радостная искорка в глазах все же оставалась.

– Но вы же подпишете охранную грамоту, если я велю писцам составить ее?

Иоанн поднялся на ноги:

– В чем дело, Уилл, разве ты мне не доверяешь?

– Разумеется, доверяю.

– Ты либо дурак, либо лжешь.

Лицо Солсбери омрачилось, и Иоанн мгновенно почувствовал себя виноватым, однако это лишь спровоцировало новый приступ гнева.

– Ах, да делай что хочешь, тупой болван! – в сердцах бросил он. – Пиши, что тебе надо, а я поставлю свою подпись.

И, забрав у оруженосца кувшин, король побрел в сторону своих покоев.

Солсбери молча смотрел ему вслед, прикусив губу. Он даже сделал было несколько шагов, но остановил себя. Помедлил и, повернувшись, пошел отдавать приказание писцам и искать надежных свидетелей.

Глава 33

Уже спустились сумерки, когда спасательный отряд прибыл в Маллинг. Дом архиепископа выглядел богато: сруб из мореного дуба, а на крыше вместо соломы или дерева – черепица. Когда во дворе застучали копыта и люди начали спешиваться, тяжелая, обитая железом дверь дома распахнулась. В проеме что-то мелькнуло, и маленькая девочка с копной рыжих волос ринулась навстречу Фульку.

– Папа, папочка! – пронзительно закричала она. И с раз бегу с такой силой ударилась отцу в бедро, что тот крякнул.

Нагнувшись, Фульк подхватил девчушку на руки, и холодные шелковые кончики рыжих волос хлестнули его по лицу. Ему не хватило духу отругать дочурку за то, что она бегает между лошадей. Цепкие ручонки чуть не душили его, но отцовское сердце пело от радости.

– Мама сказала, что дядя Уилл опять попал в беду и тебе пришлось его спасать!

– Ну да, так получилось, но теперь я вернулся, – сказал Фульк, старательно избегая взгляда Уильяма.

Конюхов не хватало, и каждый сам распрягал свою лошадь. Не сказав ни слова, Уильям взял лошадь старшего брата и увел ее вместе со своей.

– Ты теперь совсем останешься, навсегда?

Фульк вздохнул. Охота будет продолжаться с мстительной настойчивостью, и позволить себе злоупотреблять гостеприимством Хьюберта Уолтера он не может.

– Солнышко, ни в одном месте нельзя остаться навсегда, – уклончиво ответил Фульк. – Сейчас я здесь, и это главное. А мама где?

В дверном проеме появилась Мод. Правой рукой она придерживала Ионетту, чтобы та не поковыляла за сестрой, а левой баюкала малыша. Лицо жены было невозмутимо, но, когда Фульк подошел к ней, маска рассыпалась, и черты Мод исказились: она отчаянно пыталась не расплакаться перед детьми.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.