Библиотека

Лорды Белого замка стр. 285

Размер шрифта
-
+
Тема

еще не сейчас, успокоила она себя, почувствовав, как в сердце нарастает боль. У нее еще остается немного времени, чтобы приласкать своих деток, испытать гордость, видя, как они летят, и зная, что это она дала им крылья… всем, кроме Мабиль, чьи крылышки были из тонкой надорванной паутинки. К младшей дочери все приходило очень медленно и с большими усилиями. В три года Хависа уже болтала вовсю, трещала без перерыва, как сорока, начиная с момента пробуждения и вплоть до самого отхода ко сну. Мабиль же еще даже не начинала вникать в сложности речи. Иногда, словно злясь на свою неспособность общаться, малышка закатывала буйные

истерики с криками, которые можно было унять, только крепко обняв ее и укачивая, как расплакавшегося младенца. Почти все время Мабиль молчала, часами сидела, глядя на какие-то одной ей видимые образы, и тихонько раскачивалась в такт ритму своего сердца. Каждому, кто смотрел в такие моменты на девочку, становилось не по себе. Поразительно красивый ребенок-фея, просто само совершенство, – и такой страшный, непоправимый изъян.

Мод вдруг заметила, что беззвучно рыдает, и, вытирая кулаком слезы, сделала себе выговор. Проклятое вино заставило ее вытащить наружу все слабые стороны души, которые она всегда так тщательно прятала. Мод свернулась рядом с громко храпящим Фульком, радуясь его надежному теплу, и, закрыв глаза, призвала сон, это надежное средство от всех горестей.

На следующее утро, пытаясь прогнать дикую головную боль, Фульк побрел во двор замка и застонал, увидев, как в Уиттингтон въезжает тесть. Небо было тяжелым от туч: вот-вот пойдет дождь. За бревенчатым палисадом деревья дрожали последними лохмотьями цветных осенних одежд на почерневших по-зимнему ветвях. Плохое время для путешественников, не стоит в такую погоду покидать границы своих владений, но Робер ле Вавасур всегда был упрямым малым.

Собака ткнулась мокрым носом в руку хозяина, прося ласки. Фульк рассеянно похлопал ее по голове. Ле Вавасур слез с крепкого гнедого коба: отличная лошадь для дальних поездок, когда комфорт важнее, чем скорость или чем огонь и сила горячего дестриэ. Тесть Фулька и одет был для долгой дороги: плотно укутался в толстый плащ с капюшоном, а на ноги вместо более мягкого сафьяна нацепил грубые сапоги из хорошо навощенной, учитывая погоду, воловьей кожи. Ле Вавасура сопровождал эскорт рыцарей. Стало быть, это не светский визит.

Фульк вышел поприветствовать отца жены, заставив себя изобразить на лице гостеприимную улыбку. Мало ли зачем пожаловал старый черт: а вдруг он надумал-таки отдать ему поместье в Эдлингтоне, вокруг которого они вот уже много лет вели спор. Эдлингтон должен был отойти к Фицуорину как часть приданого Мод, но ле Вавасур настаивал, что такого уговора не было.

– О Господи! – Ле Вавасур окинул неодобрительным взглядом бревенчатые стены и настилы. – Стоило человеку твоего положения идти в разбойники, ради того чтобы заполучить такое дурацкое жилище! Почему бы тебе не отстроиться в камне? Валлийцы же совсем рядом: неужели ты не понимаешь, насколько опасны деревянные дома!

Фульк оставил попытки изобразить улыбку.

– Помимо того что камень стоит денег, которых у меня нет, – резко ответил он, – король Иоанн не желает предоставлять мне разрешение менять фортификации.

– Прискорбно, но объяснимо.

В глазах ле Вавасура появилось напряженное, даже какое-то заговорщическое выражение. Он сдвинул с головы

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.