Лорды Белого замка стр. 93
глазах блестели веселые искорки. Отчасти этими переменами он был обязан юной жене, рядом с которой чувствовал себя более молодым и задорным. Но главная причина состояла в том, что Теобальду удалось сохранить за собой земли, хотя он и делил свою верность между двумя монархами. В отличие от Иоанна, Ричард не помнил обид. Он простил всех хранителей замков своего младшего брата, а некоторым его сторонникам даже даровал дополнительные привилегии. Таким образом, Теобальда (не без небольшого вмешательства Хьюберта, который являлся одновременно юстициарием и архиепископом Кентерберийским) утвердили во владении всеми его землями. Кроме того, ему была пожалована должность сборщика взносов в казну со всех турниров, которые проводились в Англии, включая и этот.
– Разумеется, уплатили, – сказал Фульк, – но мы надеемся с лихвой возместить расходы.
– Не сомневаюсь, что так оно и будет, да и публика у вас благодарная. – Улыбнувшись, Уолтер обвел рукой ложи и продолжил потеплевшим от нежности голосом: – Мод нынче впервые на турнире, и она в таком восторге, что и не передать. – Он снова посмотрел на братьев. – Поскольку я лицо официальное, то сегодня сражаться не буду. И, Фульк, прошу тебя как друга нести на этом турнире знак благоволения Мод. Я знаю, ты искусный воин и не посрамишь честь моей супруги. – Фульк собирался было отказаться и
уже открыл рот, но Теобальд опередил его и, подняв руку, заявил: – Я знаю о недоразумении, которое возникло тогда между вами в Ланкастере, но пора уже про него забыть. Это была ерунда, не стоит делать из мухи слона.
Спиной чувствуя раздирающее Уильяма любопытство, Фульк смущенно кашлянул.
– Боюсь, если у меня на копье будет лента Мод, некоторые люди могут это неправильно истолковать, – сказал он.
Но Теобальда подобное замечание, кажется, лишь развеселило.
– Если я буду присутствовать, когда моя жена удостоит тебя этой почести, то никто не усмотрит в этом ничего неприличного. Кроме того, чем скорее Мод вручит знак благосклонности тебе, тем меньше ей станут докучать другие, не столь благородные мужчины.
Фульк неловко пожал плечами:
– Мне кажется, ваша супруга не слишком высокого мне ния о моем благородстве.
– Я уверил ее в обратном. То, что случилось в Ланкастере, прискорбно, но всем нам временами присущи слабости. Ну что, договорились?
Загнанный в угол, Фульк только и мог, что кивнуть и любезно согласиться.
– А что такое случилось в Ланкастере? – улучив минутку, поинтересовался Уильям, пока они с Фульком и Теобальдом рысью ехали к ложам.
– Ничего такого, что должно тебя занимать, – с раздражением отрезал Фульк.
– Да ладно, расскажи! Мне-то за мои грехи всегда попадает, – сказал Уильям и подъехал поближе. – Ну, признавайся, в чем состояло твое прегрешение?
– Если тебе так не терпится узнать, – сухо произнес Фульк, – то я, находясь под гостеприимным кровом новобрачных, переспал со шлюхой из свиты Иоанна. Ты доволен?
– Я потрясен, – ответил Уильям.
Они подъехали к ложам и встали лицом к прибывающей публике. Теобальд поманил к себе Мод, и та с порозовевшими щеками поднялась и спустилась к мужчинам. Служанка следовала за ней в нескольких шагах.
– Милорд? – По тому, как она взглянула на Теобальда, Фульк понял, что между ней и мужем установилась искренняя и глубокая привязанность.
– Полагаю, ты помнишь Фулька Фицуорина? – спросил Уолтер. – А это его брат Уильям.
Румянец Мод