Ловушка для главного дива стр. 16
до одной радости я дожила. До твоей свадьбы уже не получится, видимо…
– Бабушка, – напомнил Аверин, – вы начали рассказывать, что случилось с Любавой.
Тему следовало немедленно перевести, не хватало еще семейной ссоры перед свадьбой племянницы. Тем более оказалось, что Аверин не знает действительно важную семейную историю.
– Любавушка была обручена, еще в Академии. – Старая монахиня наклонила голову, ее накрахмаленное одеяние зашуршало. – Неважно с кем, даже имени его называть не хочу. Любила сильно. Пожениться после выпуска собирались. Но Бог отвел. Свое совершеннолетие этот несостоявшийся жених справил так лихо, что нашли его лишь на второй день, в одном из дорогих притонов Москвы. Любава нашла, с помощью талисмана Сердца. И во всей красе увидела. Но женское любящее сердце отходчиво, может, и простила бы Любава, что напился малолетний дурак и развлекался с непотребными девками. Но и наша девочка не лыком шита. Девиц тех она допросила под заклятием. И узнала такое, что волосы дыбом. Мало того, что этот негодяй у них завсегдатаем был, так еще, как напьется, хвалиться начинал, что как только женится на «дочке магната», так сразу их всех золотом осыплет и на море повезет.
– Вот же гаденыш, – не сдержался Аверин. Подобные повесы достойны только презрения. Колдун и сам знал таких. Родители специально отправляли их в Академию с наказом жениться на богатой и знатной.
– Не то слово! – Грубое обзывательство, сказанное внуком, окончательно сбросило с бабушки маску вежливости. – Придушила бы собственными руками. – Она подняла руку, сжала пальцы в кулак, и от нее пахнуло силой. Аверин даже невольно отшатнулся и вспомнил, что у бабушки есть оружие колдуна.
– Чуть не погубил душу нашей девочки.
– Что значит «чуть не погубил душу»? – спросил Аверин, хотя уже начал догадываться, что произошло.
– А вот то и значит, – устало проговорила бабушка. Вспышка ярости прошла, и она бессильно уронила руку на колени. – Любава вернулась домой, заперлась в своей комнате и не притрагивалась к еде. Анонимус, стараясь хоть как-то ее порадовать, спросил, чего желает госпожа. Он имел в виду еду или лакомства. А Любава возьми и скажи: «Желаю, чтобы ты меня сожрал. Прямо здесь и сейчас. Немедленно! Не хочу больше мучиться».
Аверин сглотнул. Однажды Василь упоминал что-то подобное.
– Как ты понимаешь, для дива подобного приказа вполне достаточно. Но не таков наш Анонимус. Не зря столько поколений Авериных его воспитывали. Анонимус немедля помчался к Василю с просьбой отменить нелепый приказ. А тут и Любава поняла, какую глупость чуть не натворила. И с этого дня пошла на поправку. В скит ко мне уехала, даже думала постриг принять, да отговорила я ее. Вся жизнь впереди, еще найдет свое счастье. И вот, выходит, залечил Сереженька ее больное сердце.
Аверин усмехнулся:
– А Вере вы, значит, прочите судьбу монахини. У нее не жизнь впереди?
Бабушка посмотрела на внука тяжелым взглядом, но вдруг на ее губах появилась еле заметная улыбка, и она потрепала его по волосам.
– Ах, Гера… какой ты все же еще молодой и наивный. И так мало знаешь о жизни.
В храме оказалось душновато, поэтому, когда торжественная часть закончилась и молодые вышли на улицу, Аверин тоже поспешил на свежий воздух. И чуть не ослеп от вспышек фотоаппаратов. Приглашенные родственники и друзья, а также журналисты, которых вообще-то никто не звал, наперебой старались запечатлеть