Ловушка для главного дива стр. 193
с нашим главным ментором. Но потом…
Дуарте замолчал и понял, что с трудом может сдерживать дрожь. События тех секунд снова принялись прокручиваться с бешеной скоростью. Колдун вновь ощутил, как тяжело заныло сердце, схватил свой бокал и, хоть и не собирался, принялся судорожно глотать вино.
– Позвать чародея? – Императрица участливо наклонилась и протянула руку, словно поддерживая.
– Нет, не нужно, благодарю. Я… в порядке, прошу извинить.
Дуарте поставил опустевший бокал и на мгновение прикрыл глаза. Дыхание удалось выровнять, а от вина по телу начало разливаться приятное тепло.
– Диогу оборвал паутину, – негромко продолжил он. – Я не знаю почему. Педру тоже не понял, точнее не успел понять. Похоже, в Пустоши что-то произошло, возможно, на него напали. Или он угодил в ловушку вроде тех, что устраивал бештафера Распутин. Сейчас его нет, но… старые ловушки могли сохраниться.
– Значит, вы действительно не знаете… – Императрица внимательно посмотрела на гостя. – И планировали просто набрать льда…
– Еще установить маяк, чтобы потом проверить… Погодите. Знаем… что?..
Сердце пропустило удар и рухнуло куда-то вниз.
А императрица вдруг улыбнулась очень теплой улыбкой и сказала:
– Видите ли, ваш Диогу, похоже, весьма находчивый малый. Он представился его величеству Императору Пустоши как посол Коимбры, уполномоченный вести переговоры от лица ректора.
– Что?! – Дуарте вскочил, чуть не перевернув столик. – Вы… нашли его? Он… где? Как?..
– Скорее, он сам себя нашел, – мягко поправила она. – Насколько мне известно, сейчас он во дворце императора, в полной безопасности.
– Да? Он там? Он… – Дуарте совершенно по-дурацки всхлипнул и понял, что по лицу у него льются слезы. Он попытался достать платок, но руки так дрожали, что пальцы никак не попадали в карман, поэтому он совершенно некультурно вытер лицо рукавом выбившейся из-под пиджака рубашки и, уже понимая, что сохранить хотя бы видимость достоинства не удастся, тихо и сипло проговорил: – Я могу его увидеть? Когда?..
– О, прошу вас, присядьте, дон Дуарте, – мягко сказала императрица. – Я все-таки позову чародея.
Ее лицо расплывалось перед глазами, слезы все не переставали течь, и во рту появился соленый привкус.
– Нет, – стараясь взять себя в руки, сказал он. – Мне нужно умыться, Ваше Величество.
– Разумеется. – Ее голос донесся чуть приглушенно. – Рядом есть уборная, позвольте, я вас провожу.
Тонкие пальцы коснулись его плеча, и колдун послушно пошел за императрицей. Оказавшись у раковины, услышал, как щелкнул замок, выкрутил вентиль до упора, опустился на колени и зарыдал. Но это уже были слезы не горя, а облегчения.
Он сжал паутинку на запястье и, едва разжимая губы, прошептал:
– Я заберу тебя домой, Диогу… Обратно в твой сад, к твоим деревьям и цветам. И к нашим студентам. Никакой больше Пустоши.
* * *– Я должен отправиться в Россию! Немедленно!
Педру ворвался в кабинет дона Криштиану вихрем – бумаги на столе взметнулись вверх и с тихим шуршанием осели обратно.
– Ты должен сидеть под домашним арестом еще трое суток! – Криштиану стукнул кулаком по столу. – Какого черта ты врываешься в мой кабинет без разрешения? Я же велел тебе не попадаться мне на глаза!
– Сеньора Летисия доложила мне…
– Сеньора Летисия сейчас у меня из секретарш вылетит в поломойки, если не перестанет болтать языком.
Но остановить Коимбрского Льва уже было невозможно. Он опустился на одно колено, но головы не склонил. Взгляд его