Ловушка для главного дива стр. 263
него без тени усмешки, пристально, как будто видел впервые. – Но там… Гермес Аркадьевич… пойдемте срочно, я хочу вам кое-что показать!
– Что там? – Аверин поднялся.
– Это не объяснить, – Кузя прыснул в кулак, – но надо взять простыню или одеяло. Анонимус, я возьму покрывало с кресла?
– Нет, – отрезал фамильяр. – Я принесу из прачечной.
– Отлично. – Василь тоже встал и потянулся. – Схожу покурю. А ты скажи подавать обед. Собралось как-то слишком много голодающих. Александр, вы не хотите еще порцию борща?
– С удовольствием.
– Они подружились? – не стесняясь присутствующих, радостно спросил Кузя.
– Да, – колдун вздохнул, – подружились. Пойдем, покажешь, что хотел.
Они вышли из дома, прошли по аллее и остановились возле огромной клумбы с красивыми алыми и розовыми пионами.
– Вот. – Кузя указал на густые кусты. – Она здесь!
– Кто?
– Дива! Я нашел тут диву, представляете? Она под амулетом и прячется!
– Что? Ты хочешь сказать, что в этих кустах див под амулетом? – Колдун покосился на пионы. Цветы лишь тихо покачивались от ветра.
– Ага! Причем первого класса!
– Что?! И что же он… она тут делает? – Говорит, что охраняет. – От кого? И кто ее послал? – А вот этого она не говорит, – Кузя развел руками.
Аверин снова всмотрелся в мешанину листьев и бутонов и велел:
– Выходи! – Бесполезно, – хмыкнул Кузя. – Она не выйдет.
Она голая.
– Хм, понятно. Пусть выходит в звероформе! – Э-э… – Кузя уже откровенно подхихикивал. – Дело в том, что в звероформе она тоже голая!
– В каком смысле? – Аверин окончательно перестал понимать, что происходит.
В этот момент появился Анонимус. В руках у него была аккуратно сложенная простыня. Он шагнул в кусты, наклонился и совершенно бесцеремонно завернул что-то небольшое в принесенную простыню. «Что-то» протестующе зашипело, Анонимус зашипел в ответ, и колдун не выдержал.
– Анонимус, дай эту стесняшку сюда! – приказал он.
Фамильяр вышел и протянул ему сверток. Из него торчала недовольная ушастая кошачья мордочка.
Абсолютно лысая.
– Мяу! – Розовая пасть, полная острых зубов, раскрылась, и Кузя заржал так громко, что Анонимус посмотрел на него испепеляющим взглядом.
– Немедленно прими человеческий облик! – скомандовал колдун.
Сверток выпал из рук Анонимуса, и тут же рядом с ним появилась девушка, закутанная в простыню на манер древнегреческой статуи.
– Ты кто? – Альба, – ответила дива, опустив взор, как юная девица.
– И кто же твоя хозяйка, Альба? – Матушка игуменья… Монастырская я, из Зала-дожского скита. Ваше сиятельство! Умоляю, велите мне платье принести, в простыне срамно.
Бледные щеки ее залились румянцем.
– Анонимус. Одень эту… монашку и расспроси, зачем бабушка ее послала. Кузя, пойдем в дом. Вы все меня когда-нибудь точно с ума сведете.
– Зато весело! – Див показал большой палец. – А про голую кошку можно детям рассказывать?
– Про кошку можно, – вздохнув, разрешил колдун. – Пойдем в дом. Я, кажется, со всеми этими треволнениями всерьез проголодался.
За столом собралась вся семья. Дети, и Верочка и Миша, вели себя непривычно тихо и только разглядывали во все глаза гостя из Пустоши. Наконец, когда подали десерты, Александр произнес:
– Ну что же, как я вижу, Кузьму вам спасти из плена все-таки удалось. Я сгораю от нетерпения, так хочу услышать эту историю.
– И я. – И мы! – хором воскликнули дети, и Миша добавил:
– Дядя Гера, расскажите про Митрофана! – Миша? Вера? – Василь грозно посмотрел на детей. – Вы снова подслушивали?
– Нет, нам Кузя рассказал, – пояснила Вера. –