Ложь без спасения стр. 476
услышала, как замок, звякнув, поддался. Комод закачался. Теперь Кристофер надавил на дверь со своей стороны.
Как бы плохо ему ни было, он все же был полон яростной решимости, которая придавала ему силы, и готов был умереть, но добиться своего. Однако и Лаура, охваченная страхом смерти, не сдавалась. Она вставила на место второй ящик, еще больше увеличив вес, с которым Кристофер вынужден был бороться. Оставался еще третий ящик; она должна вставить его в комод, даже если потом упадет без сил. Она постарается создать Хейманну столько препятствий, сколько сможет.
Лаура не знала, сколько времени прошло с тех пор, как он вернулся из сада, но ей казалось, что как минимум минут сорок. Целая вечность. Однако впереди были еще бесконечные ночные часы. Она не знала, чем ей поможет наступление дня, но Лауре очень хотелось этого, словно день должен был принести ей новые надежды.
Третий ящик оказался на месте, однако тяжесть, как показалось Лауре, все еще была недостаточной. Она прижалась к комоду, но ее силы быстро иссякали, и комод еще больше отодвинулся от двери. Один раз женщина даже смогла увидеть искаженное лицо Кристофера, настолько широкой уже была щель в двери.
– Тебе сейчас придет конец, – процедил он с усилием сквозь зубы. – Ты, чертова стерва, сейчас я буду у тебя!
У Лауры хлынули слезы из глаз. Она так измучена! У нее нет больше сил. Она умрет.
Она никогда больше не увидит Софи…
Когда сквозь шум шторма послышался звук моторов подъезжающих к дому машин, Лаура уже сдалась. Она скрючилась на кровати и не могла найти в себе больше сил, чтобы бороться.
Затем она увидела мигающий синий свет, отражавшийся на стенах ее комнаты.
Полиция. Наконец-то полиция.
Они прибыли в последнюю секунду. Как выяснилось впоследствии, Кристофер оставил ключ в замке, и они без труда смогли открыть дверь. Полицейские прибыли, когда Хейманн уже почти проник в комнату. Он продолжал бороться с комодом, когда они поднимались по лестнице.
Один из полицейских просунул голову в комнату.
– У вас всё в порядке, мадам?
Слезы текли у Лауры по лицу, и она ничего не могла с этим поделать. Просто лежала на кровати и ревела. Когда она наконец смогла открыть рот, то спросила:
– Где Надин?
– Вы имеете в виду ту женщину, что мы нашли в саду? Она без сознания, но жива. Ее уже везут в больницу.
Голова у Лауры работала медленно, мысли шевелились с таким трудом… Ей удалось снова открыть рот лишь спустя некоторое время, и тогда она спросила:
– Кто вам позвонил?
– Это была мадам… как же ее звать? Ах да, Мишо. Мадам Мишо. Катрин Мишо, – ответил полицейский. – Вы ее знаете?
Лаура попыталась вспомнить, кто такая Катрин Мишо, но мысли у нее стали путаться еще сильнее. Теперь она не смогла бы ответить, даже если б у нее спросили ее собственное имя. Голоса и звуки отдалились куда-то на задний план. Она услышала, как кто-то – наверное, это был тот любезный полицейский, который вошел к ней в комнату, – встревоженно спросил:
– Врач еще здесь? Мне кажется, она сейчас отключится.
Потом все вокруг нее потемнело.
Четверг, 18 октября1– Вы можете лишь очень коротко поговорить с мадам Жоли, – сказала медсестра, –
она