Луч стр. 113
не могу. Мне страшно.
Он преодолел соблазн обнять ее за плечи.
* * *Марго тяжело трудилась все время, что его не было в офисе, но нисколько не преуспела: кабель был прочный, а Элли вязала намертво. Над столом висела голограмма, как показалось Денису, слегка побледневшая. Осмысленность на корабле опустилась до тринадцати процентов; наверное, Марго могла уже и не стараться. Победа была у нее в кармане.
Денис взял бутылку воды, стал переливать в заварочный чайник – напоить Славика.
– Ты так ничего и не понял, – сказала Марго. Ей хотелось с кем-то поговорить.
– Так объясни мне.
– Черный шар всегда получает фору. Черный означает жертвенность. Синий означает гармонию. Красный сильную волю, а желтый шар – самопознание. Ты что, ничего не читал? Я же подкинула тебе коробку…
Не слушая ее, Денис с чайником подошел к Славику, опустился рядом на пол…
Глаза Славика дрогнули. Прояснились. Он хрипло застонал и попытался вытолкнуть из гортани слово, но вместо речи появилась пена на губах.
– Молчи! – в страхе выкрикнул Денис. – Не говори! Нельзя!
Славик на этот раз стал жадно пить, глотая воду и тяжело дыша. У Дениса появилась робкая надежда:
– Выживи, Славочка. Осталось четыре дня. Придет помощь. И… победа будет наша. Мы дадим нашим пупсам мотивацию, цель, смысл… Придумать бы еще как…
– В…ойна, – прохрипел Славик.
– Что ты сказал?!
Но глаза Славика уже снова закатились, обнажив мутные белки.
«ЛУЧ». ЛИЗАЛуч фонарика выхватывал из темноты кресла, стенды, старые рамы с забытыми в них полотнами: Прибытие. Канон. Босые люди на зеленой лужайке.
В рубке не работала автоматическая уборка. Вентиляция увлажняла воздух, оставляя характерный запах. Много часов они провели в этом зале с Грегом – бок о бок, в соседних креслах, это были тяжелые, трагические, счастливые дни, полные смысла, любви и надежды.
Илья выше поднял фонарь. Йоко подошла к центральному пульту, стараясь не наступать на мусор на полу; среди всех, кто поверил Лизе, она одна была специалистом-кибернетиком, Илья и Лиза могли ей помочь разве что морально.
– Ничего пока не включаем, – пробормотала Йоко. Развернула свой портативный экран и углубилась в работу, взглядом перемещая данные, изредка добавляя голосовые команды по-японски, так отрывисто и сухо, что казалось, будто она бранится.
– Нетривиальная инженерная задача, – сказал Илья неестественно веселым голосом.
– Давай пока ничего не говорить.
– Лиза, детка, я умоляю тебя… Я пошел с тобой в основном затем, чтобы ты не наломала дров.
– Не болтай, пожалуйста. Молча сосчитай до ста.
– Извини… Ты не хотела бы быть моей женой? – Он поймал ее удивленный взгляд. – Хотя бы на некоторое время…
– Нет, не хотела бы, мне грустно тебя расстраивать.
– Я не расстроился… То есть конечно да… Значит, мы отключим искусственный интеллект, сохранив системы жизнеобеспечения… и ты уверена, что это будет работать…
– Обязательно.
– Как интересно, – пробормотала Йоко. – Здесь временная шкала… Лиза, помнишь, сразу после Аварии мы в какой-то момент ушли на полную автономку? Можешь напомнить точное время, по-бортовому, когда мы переключились?
Лиза не успела ответить.
Вдруг загорелся свет, одновременно с силой взвыла вентиляция. Затопали ноги в переходной камере, разъехались двери. Илья страдальчески поморщился:
– Ну, все…
– Что происходит?! – первой в рубку ворвалась, к удивлению Лизы, Софи. – Вы сдурели?! Вы действительно пытаетесь отключить Луч?!
От людей на пороге