Лучший среди мертвых стр. 3
отполз обратно к выходу. Калмык наблюдал за Секачем. Выпив стакан, тот вернулся на свой тюфяк, скрючился в углу и больше голос не подавал. Еще через двадцать минут Калмык схватился за голову, боль разрывала череп, будто по нему кувалдой били.
– Фикса, ты как, живой еще? – с трудом шевеля губами, спросил Калмык. – Что-то ты бледный какой-то.
Ответить Фикса не успел, у него началась жестокая рвота. Спазмы буквально выворачивали наизнанку желудок. Он потянулся к ведру с водой, рука скользнула по краю, опрокидывая посудину, вода растеклась по земляному полу. Рука Фиксы дважды дернулась и застыла. Калмык попытался встать с тюфяка, чтобы помочь приятелю, но все, на что оказался способен, это чуть приподняться над полом.
– Фикса, ты уж как-нибудь сам. Я немного посплю, а потом помогу тебе, – прошептал он и отключился.
Когда спустя сутки в заброшенный дом забрели грибники, их глазам предстала ужасная картина. Десяток обросших, пропахших мочой и рвотой бомжей лежали вповалку на полу. Все они были мертвы. Грибников из подвала как ветром сдуло. Справившись с позывами желудка, один из них достал сотовый телефон и набрал номер участкового.
Участковый примчался спустя десять минут. Заглушив двигатель, вышел из машины и направился к грибникам. Немецкая овчарка, питомица одного из грибников, повернувшись мордой к дому, исходилась лаем.
– Толик, угомони свою суку! – сердито прикрикнул участковый.
– Да как ее угомонишь, когда там такое, – обмахивая зеленое от пережитого ужаса лицо, проворчал Толик. – Ты бы, Сергей Николаевич, сам взглянул на тот ужас, небось тоже залаял бы.
– Что там у вас?
– Трупешники там, – подал голос второй грибник. – И не у нас, а у тебя, гражданин начальник.
– Ладно, Вовчик, разберемся, – стараясь придать солидности голосу, пробасил участковый. – Рассказывайте по порядку, как вы их обнаружили.
– Мы с Толиком за грибами пошли. Раненько вышли, Найду с собой взяли, собаке прогулки полезны, – начал рассказывать Вовчик. – Грибов, сам видишь, почти нет, корзины и до половины не добрали. Решили вернуться другой дорогой. На опушке бывают скопления опят, думали, здесь больше повезет. Как только к опушке вышли, Найда в лай. Без поводка была, рванула сюда. У пролома встала как вкопанная и выть. Жуть просто!
– Ближе к делу, Вовчик! – поторопил участковый.
– Куда уж ближе, – фыркнул тот. Участковый ему не нравился, много спеси, а на деле полный ноль.
– Давай без твоих привычных пофыркиваний, – огрызнулся участковый. С Вовчиком у них была взаимная неприязнь, потому он обратился к Толику. – Кто в подвал заходил, ты или он?
– Оба заглядывали, – ответил Толик. – Найда, как мы ближе подошли, заскочила в пролом. Я за ней. Потом и Вовчик.
– И что там?
– Слушай, кто из нас участковый? – вспылил Вовчик. – Зайди сам, так и увидишь. Пословицу знаешь? Лучше один раз увидеть…
– Не умничай, Вовчик! – оборвал его участковый. – Стойте здесь, никуда не уходите. Вы – главные свидетели, мне с вас еще письменные показания снимать. – И, поправив фуражку и положив руку на кобуру, направился в пролом.
Минуты не прошло, как он выскочил из здания и понесся за угол. А когда вышел оттуда, лицо его было белее мела.
– Ты, часом, не в обморок ли собрался? – спросил Вовчик, озабоченно глядя на него. – Слышь? Ты это брось! Водички вот попей, оклемаешься.
Участковый благодарно принял бутылку минералки