Лунная ведьма стр. 152
время поездки из Северного дворца до горы Файн и дальше.
— Нескольких, — ответил Кейн. — Эрда и Калайна.
— Мне жаль. Они были хорошими людьми, — Софи коснулась длинной пряди волос Кейна, нуждавшихся в мытье. Он весь нуждался в мытье, а ещё в смене повязки, и всё же пока она с радостью просто держала его в объятиях.
— Они погибли не напрасно.
Софи слегка приподняла голову, чтобы заглянуть в глаза Кейна.
— Ты победил?
Он улыбнулся.
— Нечего так удивляться.
— Но императорских солдат было гораздо больше. Как…
— Это ненадолго, — заверил он. — В полку сторонников мятежа прибывает. Неожиданно к нам примкнула группа солдат из южной провинции, а
также один клан из Трайфина. Круг Бэквие зашевелился. Некоторые из его воинов встали на сторону Себастьена, сочтя законным императором, другие поверили притязаниям Эрика. Он остался, чтобы скоординировать часть новых войск, и встретится с нами здесь через несколько недель.
— Недель? А как же Арсиз? — удивилась Софи. — Как же поиски Жульетт и Айседоры?
— Мы пойдём на Арсиз летом.
— Летом! Я не могу откладывать поиск сестёр до лета!
Кейн успокаивающе погладил её по голове.
— К лету мы наберём достаточно людей, чтобы победить императора и захватить дворец. Если кто-то там знает, где Жульетт и Айседора, мы их найдём.
Лето. Сразу после рождения ребёнка, которого она сейчас носит, и всего за несколько недель до тридцатого дня рождения Кейна. Если она не придумает, как положить конец проклятию, её любимый умрёт в Арсизе.
Ни одна королева Энвина ещё не выходила замуж, поэтому Жульетт с Рином не пришлось соблюдать каких-либо обычаев — они сами их создавали. Во дворце состоялся банкет, на который пригласили весь город. За ним последовало трёхдневное празднование с музыкой, играми и танцами, чтобы отметить женитьбу первого короля Энвина. Завершить торжество планировалось ночной церемонией.
Шепотки о рыжей королеве, наделённой даром предвидения, и её карадонском любовнике не прошли мимо Жульетт. При желании она могла слышать всё, но несмотря на возросшие способности сохранила умение отстраняться от обитавших на земле существ, когда разум и дух жаждали тишины. Однако их связь с Рином, как и следовало, оставалась неизменно прочной. Они были частью друг друга.
Жульетт нарядилась в самое красивое, золотое шёлковое платье и приличествующие королеве драгоценности. Рин выбрал прекрасный золотисто-голубой костюм и заплёл волосы так, чтобы те падали за спину. В нём появилось кое-что новое: он вдел в одно ухо маленький янтарный камень и, подобно Жульетт, носил на голове небольшой золотой венец.
Произнося брачные клятвы перед услужливыми жрицами и жителями города, Жульетт мысленно соединилась с Рином. Все остальное в этот драгоценный момент отошло на задний план.
В их клятвах не было упоминаний о любви. Согласно обычаям энвинцев, они говорили об обязательствах, почтении и преданности. Когда церемония закончилась, Рин склонился к Жульетт, взял её за руки и прошептал на ухо:
— Я люблю тебя, видара.
Они вместе опустили руки на сердце Энвина, и камень засиял.
Связанная с мужем, сердцем Энвина и самой землёй, Жульетт почувствовала, как её переполняют знания, причём их количество далеко выходило за пределы, которые она считала возможными. Нахлынувшие ощущения и душевные переживания едва не сбивали с ног. Пока сквозь неё перетекали информация и эмоции, время, казалось, остановилось. Именно этого момента