Библиотека

Лже-Абсолют стр. 2

Размер шрифта
-
+
Тема

необходимая самооборона…

— Не пригласите войти? — поинтересовалась женщина.

Федор с тоской подумал о царящем в квартире хаосе. Но как откажешь представителям органов!

— Проходите.

При виде разбросанных повсюду вещей насмешка женщины переросла в сарказм, ее партнер по-прежнему напоминал каменное изваяние. — Чай? Кофе? — устало спросил Федор.

— Это лишнее, — послышался низкий голос мужчины.

— Давайте сразу к делу.

— А что случилось?

Боязнь, что он все-таки перешел границы необходимой самообороны, усиливалась. Но у подонков был нож!

— …Мы насчет Елены Геннадьевны Крамской.

— Крамской? — с трудом соображал Федор. «Причем здесь она? Моя вчерашняя драка не интересует следователей?!»

— Вы хорошо с ней знакомы? — мужчина игнорировал его вопрос.

— Еще бы!

Женщина буквально впилась в него взглядом, требуя продолжать. Федор пожал плечами:

— Работаем вместе. Вы об этом наверняка знаете.

— Знаем, — уклончиво ответил мужчина. — Что вы о ней расскажите?

— А что хотите услышать?

— Ее интересы, круг знакомств.

— Она что-то натворила?

— Почему вы считаете, будто она «что-то натворила»?

— Раз ею интересуются органы…

— Видите ли…

— Мне бы хотелось знать, — настойчиво произнес Москвин. — Лена — отличная девушка. Я не верю, что она преступила закон, пусть даже в малом. Не такой она человек. Следователи переглянулись. Разговаривать с Федором оказалось непросто.

— Ваша коллега умерла, — резко бросил мужчина.

— Как?!

— Убита. Заколота ножом. Убийца — настоящий профи. Прямо в

сердце!

Остатки вчерашнего хмеля мгновенно испарились. Во взгляде Фёдора было только одно: «Заканчивайте нелепый розыгрыш! И убирайтесь вон!»

Нет, не розыгрыш! И Федор это прекрасно понимал.

— Когда?!.. — его возглас напоминал хрип.

Прежде чем ответить, женщина посмотрела на Москвина в упор, пытаясь разобраться: насколько он искренен в своем трагическом восприятии ситуации?

— …Вчера вечером. Между девятью и десятью. Что она делала на работе в такой час?

— Она иногда задерживалась. Мы все задерживаемся.

— Есть повод?

— В данном случае Лена готовила отчет по работе отдела. Дело сложное и неблагодарное.

— Понимаю… А где вы находились в это время?

— Уж не подозреваете ли вы?.. Зачем мне?..

— Отвечайте!

— Разрешите я выпью?

В холодильнике — бутылка, там оставалось немного водки. Федор влил в себя рюмочку и продолжил:

— Я был в ресторане. Там собралась целая компания.

— Так просто или чего-нибудь отмечали?

— Юбилей Павла Петровича.

— Кого?

— Один наш профессор.

— И никуда не отлучались? — не отступала женщина.

— Пару раз. В туалет.

— Кто это может подтвердить?

— Человек десять.

— Было весело?

— Слишком…

Перед Федором вновь возникла поэтесса. Кто из сотрудников института привел ее с собой?.. Нет, не припомнит!

Зато почему-то хорошо вспоминается каждая строчка ее огненных стихов. И глаза… Теперь Федору казалось, что ее глаза загоняли в угол, не оставляя ни единого шанса на то, чтобы выйти из-под их влияния. И опять зазвучал ее голос, уже не чарующий, а пугающий дьявольским колдовством.

«…И васильково-синее мгновение

Легло узором на волшебных пяльцах.

И замирало сердце в исступленье.

И сохли губы… И сплетались пальцы…»

Внезапно Федор подумал, что поэтесса говорила не о любви, возможно она… предупреждала его о будущих неприятностях. Именно его, Федора Москвина.

С чего бы такой нелепый вывод?.. А вот с чего: стихотворение вроде бы о чувственной страсти, но в нем звучали и другие мотивы…

— …Почему Елена Геннадьевна с вами не пошла?

— Что же в этом удивительного?

— Она — член коллектива.

— У нас большой

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.