Библиотека

Мадам Змея стр. 175

Размер шрифта
-
+
Тема

Шартр арестован.

— Да? Почему?

— При нем были обнаружены бумаги, свидетельствующие об измене.

— Какие бумаги?

— Письмо принцу Конде.

— Заговор? — сказала Катрин.

— Боюсь, да. Его отправят в Бастилию.

— Я не отдавала подобного приказа, — надменно заявила она.

Меченый низко поклонился.

— Мадам, вас решили не беспокоить. У меня есть ордер на его арест, подписанный королем.

Катрин кивнула.

Она потерпела поражение. Она поняла, что ее борьба с де Гизами будет такой же тяжелой и долгой, как борьба с Дианой. Завоевать власть не легче, чем завоевать любовь.

Искусно изменив свою внешность и закутавшись в плащ, Катрин поспешила по улицам Парижа к мрачному зданию Бастилии.

Она выбрала сумерки для этого визита; ей было важно остаться неузнанной. Взглянув на темные башни и бойницы с пушками, Катрин вздрогнула.

Человек в плаще, сливавшийся со стеной, шагнул к ней; услышав почтительный голос, она поняла, что ее уже ждали.

— Мадам, все готово.

Он провел ее через маленькую дверь в темный коридор; они поднялись по лестнице и оказались в новом коридоре. Катрин ощущала запахи тюрьмы — тут пахло сыростью, плесенью, потом, кровью, смертью.

Под ней находились ужасные темницы, где люди боролись за свою жизнь с крысами; в непосредственной близости от Катрин располагались карцеры, обитатели которых мерзли зимой и задыхались от жары летом; низкие потолки не позволяли людям стоять в полный рост. Где-то рядом была камера для допросов с пристрастием, где мужчины и женщины знакомились с «испанским сапогом» и водяной пыткой. Но Видам де Шартр, имевший влиятельных друзей, попал в сравнительно комфортабельное помещение; он заявил, что королева-мать является его близким другом.

Завтра Видама отпустят на свободу; именно поэтому Катрин организовала этот визит.

Ее проводник остановился перед массивной дверью; он отпер сначала ее, потом другую дверь, находившуюся за первой.

— Войдите, мадам, — сказал мужчина. — Я подожду снаружи. Вам не следует оставаться здесь более пятнадцати минут. Сюда может прийти надсмотрщик; ваше присутствие будет трудно объяснить.

— Я понимаю, — сказала Катрин.

Она вошла в камеру; Видам встал. Он быстро приблизился к Катрин и поцеловал ее руку.

Тусклый свет, пробивавшийся сквозь узкое зарешеченное окно, падал на лицо узника. Катрин пристально посмотрела на Видама. Три месяца, проведенные в тюрьме, изменили облик этого человека.

— Как хорошо, что вы пришли… Катрин, — сказал он.

Она чуть вздрогнула, услышав, что Видам обратился к ней по имени, но он не заметил этого.

— Завтра вас освободят, — сказала она.

— Завтра!

В его голосе зазвенела истерическая радость.

— И этого добились вы… моя королева.

Он упал на колени, снова взял ее руку; Катрин почувствовала, что слезы Видама окропили ее кожу.

Ну и наглец! Он имел большой успех у женщин и считал себя неотразимым сердцеедом; он не понял, что Катрин де Медичи не была обычной женщиной. Он не мог догадываться о том, что она использовала его для пробуждения ревности в своем муже, что теперь, когда он не справился с простой доставкой письма своему могущественному родственнику, он стал не нужен Катрин, что его освобождение было очередным ходом де Гизов, решивших последить за ним на воле и снова поймать на чем-нибудь — возможно, вместе с сообщниками; он не подозревал, что королева-мать меньше всего желает его выхода из тюрьмы.

Она отступила назад, прислонилась к

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.