Маг. Живие мертвые. стр. 117
расскажи, что помнишь.
– Ну что ж, ладно… – Бойд приподнял брови. – Так или иначе, все в нем связано с нервными протоками в мозгу. По ним проходят разные импульсы… – На секунду он прервался, глубоко вздохнул, и продолжал. – Выяснилось, что если у человека поврежден какой-то отдельный участок мозга – например, упал он с дерева и ему стала отказывать левая рука – то зачастую он может восстановиться и безо всякой помощи, особенно если руку постоянно упражнять. Но это не потому, что поврежденный участок в мозгу исцелился, а потому, что мозг образовал вокруг поврежденного участка новые протоки. И мне кажется, все это в
общем-то правильно.
– Звучит убедительно, – согласился Найл.
– Вот и тот самый Галлстранд решил, что у людей новые эти протоки скорее всего образуются путем проб и ошибок. И аппарат свой изобрел, чтобы все это давалось легче. Ведь тот сам по себе ищет наобум новые и новые протоки. Это все равно что рассылать по темному лабиринту тысячи гонцов с факелами; рано или поздно кто-нибудь из них обязательно отыщет выход.
Найл медленно кивнул. До него мало-помалу стал доходить смысл странных ощущений, которые одолевали его при выходе из больницы. Новые нервные протоки вполне объясняли то чувство свежести и новизны, от которого весь мир представал обновленным.
Вместе с тем все еще непонятным оставалось другое ощущение, будто мозг взад и вперед раскачивается на качелях, отчего все, что ни видишь, то надвигается едва не вплотную, то опять уносится вдаль. Даже вспоминать об этом было не совсем приятно: начинала кружиться голова.
– Ты не можешь примерно описать свои ощущения, когда надел ленту на голову? – спросил он Бойда.
– Была какая-то необычная вспышка, будто кто-то шарахнул по голове. Потом замутило, а потом вдруг я почувствовал, будто все вокруг ожило…
– Ожило?
– Именно ожило, и будто за мной наблюдает. В конце концов стало легчать, и разобрало волнение… Найл взял ленту.
– Попробую испытать это на той девушке.
– Можно, я тоже посмотрю?
– Конечно.
В коридоре он чуть не столкнулся с Доной, несущей охапку детской одежды. Увидев Найла, она зарделась от удовольствия.
– Привет. Что-то ты вообще пропал.
– Да вот, все дела и дела. – От улыбки Доны стало немного совестно. Было время, когда Найл подумывал на Доне жениться. И хотя вслух об этом не говорилось ни слова, он чувствовал, что и она об этом тоже догадывается. Но за важными делами он как-то постоянно прятал эту мысль на второй план. Вместе с тем всякий раз при встрече с ней душа наполнялась укромным теплом и светлой радостью, Такой, что хотелось подойти к девушке и обнять.
Бойд смотрел на Дону с явным любопытством. Найл поспешно начал их знакомить:
– Это Бойд, племянник Симеона. А это моя двоюродная сестра Дона.
Оба улыбнулись друг другу, и Бойд слегка поклонился, как это принято у мужчин в городе жуков-бомбардиров.
Наступила нелепая пауза. Взгляд Доны упал на ленту в руках у Найла.
– Что это?
– Ах, это. – Найл не хотел особо распространяться, но тут влез со своей эрудицией Бойд.
– Это называется аппарат Галлстранда, и мы сейчас хотим его испробовать на девушке, которую укусил паук.
– Что еще за девушка? – было ясно, что Дона ни о чем не знает.
– Можешь