Маг. Живие мертвые. стр. 89
может убивать на расстоянии.
– Кто? – спросил Фелим.
– Тот, кто его послал. Маг.
Фелим посмотрел на Найла с неподдельным изумлением.
– Да ну? Настоящий?
– Я все, когда надо, объясню, – торопливо вмешался, Симеон.
– Но…
– Сейчас не время этим заниматься. Фелима, по всей вероятности, одолевала тревога.
– Я бы все-таки хотел знать, что его убило.
– Если тебе нужна моя догадка, то пусть будет сердечный приступ. – Симеон протянул руку и опустил веки на выпученные глаза.
– А я думал…
Симеон оборвал его, бесцеремонно махнув рукой.
– Давайте прежде снимем остальную паутину. Я хочу видеть, есть там еще кулоны или нет.
Через десять минут шелковистая кисея была снята с
остальных тел. Всего тел было четырнадцать, и судя по одежде, Скорбо с дружками добывал съестное в городе пауков. Особенно заметно по лицам: черты у всех одновременно и броские, и вместе с тем какие-то вялые – породистость и тупость, полулюди-полускот. Трое были из сословия слуг. Четверо женщин, семеро юношей и девушек, из которых некоторые едва достигли подросткового возраста. У каждого (Фелим указал) на плече или на шее имеются следы клыков – свидетельство, что любители человеченки накидывались сверху.
Все это время Найлом владела гневливая досада; он по-прежнему клял себя за неосмотрительность. Когда было покончено с последним коконом, Фелим подытожил:
– Кулонов больше нет.
Симеон высказал вслух то, что было на уме у Найла:
– Значит, в живых у нас остается одна только девушка. Надо беречь ее как зеницу ока.
– А еще лучше сделать как-нибудь так, чтобы она очнулась.
– Как насчет гадючьей сыворотки? – поинтересовался Фелим.
Симеон подумал.
– Слушай, а ведь может, и получится. Во всяком случае стоит попробовать.
– Что еще за сыворотка? – переспросил Найл.
– Противоядие от яда рогатой болотной гадюки. Я ее создавал, вводя яд под кожу лошади, пока у той не выработался иммунитет. Это однажды спасло мою жену в Великой Дельте. Яд болотной гадюки действует примерно так же, как и паучий яд – от небольшой дозы наступает паралич, от большой – смерть.
– А мы ее тем самым не убьем?
– Да ну, что ты. Яд в сыворотке уже нейтрализован. Если на то пошло, мы могли бы ее вначале опробовать на одной из этих спящих красавиц. – Он повернулся к Фелиму. – Помоги-ка мне подыскать кого-нибудь с хорошим, стойким пульсом.
Фелим пощупал запястье девушки, лежащей по соседству.
– Может, эту?
Симеон взял другое ее запястье, деловито кивнул. Затем приподнял ей веко и тихонько коснулся кончиком пальца глазного яблока. Найлу показалось, что второй глаз, под закрытым веком тоже слегка шевельнулся.
Из деревянного ящичка-аптечки Симеон вынул предмет, в котором Найл узнал шприц. Шприц он видел впервые, но урок истории в Белой башне открыл ему их существование. Симеон догадался, о чем он думает.
– Я тоже никогда ими не пользовался. – Он протянул шприц Найлу, чтобы тот получше рассмотрел. – Красота, правда? Всего один такой мог бы спасти моему отцу жизнь. А теперь их у нас под сотню штук.
– Двенадцать дюжин, – послышался голос. В дверь вошел паренек лет четырнадцати. Волосы у него были коротко подстрижены, в остальном же – вылитый Фелим.
– Что, нашел еще? Молодчина. – Симеон положил руку пареньку на плечо. – Это мой племянник Бойд, юный гений механики, разбирается лучше всех в семье.
– А угадай,