Магнолии, девушка, солнце… стр. 100
Марусю никакого внимания.
– Ты такая наивная, такая глупенькая, – наконец печально произнесла она. – Вот нет, чтобы завести ребеночка, когда с Женей Журкиным жила или с Арсением… И потом, тебе ведь потом будет гораздо труднее найти спутника жизни – ты тоже об этом не забывай! – спохватилась Лилия Сергеевна. – Нынешние мужчины эгоистичны и инфантильны, они и собственных детей не хотят воспитывать, не то что чужих!
– Мне никто не нужен.
– Это ты сейчас говоришь, – отмахнулась мать. – Нет, ну ладно, кое-какие деньги я смогу тебе подбрасывать… Но я не миллионерша, у меня очень непостоянный заработок, ты же знаешь – то густо, то пусто. Слушай, Маруся, а все-таки – кто он?
– Он?
– Ну да – он, отец твоего ребенка.
– Случайный человек, – бесстрастно ответила Маруся.
– Замечательный ответ… – кисло ответила Лилия Сергеевна и, отдернув гардину, снова нервно зевнула.
За окном в сиреневых сумерках медленно падал первый снег.
…На следующий день Марусе позвонила Людмила.
– Слушай, ты серьезно? – даже не поздоровавшись, закричала она в трубку.
– Ты о чем?
– Мне только что звонила Лилия Сергеевна, жаловалась на тебя… Я сначала не поверила, а потом подумала – что ж, вполне в твоем духе!
Маруся промолчала. Опять какая-то безысходная, почти непереносимая тяжесть навалилась на нее – как тогда, при разговоре с
матерью, только сейчас это состояние длилось не мгновение, а немного дольше.
– Маруська! Ты что молчишь? Ты меня слышишь?
– Слышу, – наконец с трудом выдавила из себя Маруся.
– А ты о ребенке думала? – сердито закричала Людмила.
– Да, – уронила Маруся. Потом подумала и добавила: – Я только о нем и думала. Ужасно не захотелось его убивать…
– А когда шуры-муры не пойми с кем крутила – о чем думала? – еще больше рассвирепела Людмила. – Нет, ну в твоем-то возрасте… Да сейчас даже дети в детском садике знают, что необходимо предохраняться!
– Так получилось.
– Ну-у, понятно, дело нехитрое… Но можно же было это исправить!
– Я не смогла, – быстро ответила Маруся.
– Маруська, ты пойми – это просто инстинкт, материнский инстинкт, древний, как сам мир – это он вынудил, заставил тебя сохранить ребенка! Но ты же разумный человек, ты должна понимать, что счастья от этого никому не прибавится. Это просто эмоции тебя захлестнули!
– Возможно, – покорно согласилась Маруся.
– Ты вот сама рассуди, – почти спокойно продолжила Людмила. – Родишь ты ребенка, а он тебе потом скажет: «Мамочка, а почему ты мне ни одежды хорошей не покупаешь? Почему у меня компьютера нет? Почему мы за границу отдыхать не ездим?.. Мамочка, а где мой папа?..» Что ты тогда ему ответишь?
– Я скажу ему – зато ты живешь. Я скажу ему – я тебя люблю.
– Господи, Гагарина, какая же ты дурочка! – с новыми силами завопила Людмила. – А он тебе на это скажет – мамочка, зачем рожала, если не сможешь обеспечить мне нормальной, полноценной жизни!!! Мне вон Варька, пигалица эта, именно так недавно и заявила, когда я ей собачку покупать отказалась… А кто с ней гулять-то будет, с этой собачкой?!
– Вот видишь – значит, никто не застрахован от подобных слов.
– Что? – сбилась Людмила. – Нет, ты меня на этой ерунде не лови…
– Люда, уже поздно что-то менять.
– Никогда не поздно! Какой у тебя там срок?
– Четыре месяца.
– Ну,