Магнолии, девушка, солнце… стр. 108
силы не смогли бы ее заставить сесть в эту машину, рядом с этим человеком!
Она быстро пошла вперед.
Опомнилась только тогда, когда оказалась на Крымском мосту хотя надо было свернуть вправо, к Дому художника. На середине моста заметила, что движение на дороге потихоньку налаживается и машины прибавляют скорость.
Маруся оглянулась и увидела яркое фиолетовое пятно, мелькающее позади – среди опор моста. Потом пятно исчезло за громоздкой фурой, непонятно откуда взявшейся: ведь проезд в центр большегрузному транспорту был заказан. А потом пятно снова появилось, обогнав фуру… Это был «турецкий друг» – он стремительно мчался вслед за ней, за Марусей, он хотел снова ее догнать. Она была нужна ему, иначе зачем он вдруг стал лавировать в потоке, словно взбесившись, вызывая возмущенные гудки других водителей? Как будто догадался – четвертой встречи может и не быть. Сейчас или никогда.
Марусю охватил первобытный, мистический страх. Она боялась не за себя, а за своего ребенка, словно этот человек мог раздавить его своими чудовищными руками. Она побежала вперед, позабыв о всяких там выставках и любовании прекрасным. У нее было только одно желание – удрать, спрятаться и больше даже носу из дома не высовывать.
Она была уже в конце моста, осталось только завернуть направо и спуститься в метро (в который раз именно метро казалось Марусе единственным прибежищем). И вдруг автомобиль «турецкого друга» тоже свернул направо и резко, очень резко затормозил – прямо перед ней.
Маруся зажмурилась и от страха даже присела.
Но в следующее мгновение раздался визг других тормозов, и глухой, страшный, тяжкий, невыносимо долгий грохот и скрежет, словно прямо над ее головой рушились горы.
Казалось, ее вот-вот раздавит, разотрет в порошок некая сила, противостоять которой не сможет ни один человек. «Умирать не страшно… – успела подумать Маруся. – Там нас будет ждать Сеня…»
А потом наступила тишина.
…Маруся чуть приоткрыла один глаз и обнаружила, что в авто «турецкого друга» врезалась сзади фура. Фура упала на бок, ее сильно развернуло – это было первое, что заметила Маруся. И только потом, переведя ошеломленный взгляд чуть вперед и в сторону, она увидела сплющенную, искореженную иномарку фиолетового цвета с отвалившейся дверцей.
А еще дальше, посреди дороги, лежал он, ее знакомый незнакомец, вылетевший через лобовое стекло. Лицом вверх. Глаза его были широко открыты и неподвижно, не мигая, смотрели в небо.
И в этот момент внутри нее кольнуло и потянуло.
– Ой, – сказала она. – Ой-ой-ой… – И осторожно села на асфальт.
Когда приехало несколько машин «Скорой помощи», то забрали они троих – «турецкого друга» (вернее, не
его, а его мертвое тело), Марусю, у которой начались схватки, и водителя фуры с легким сотрясением мозга.
Что-то было не так – это он сразу понял. Темнота вокруг давила, а страх и беспокойство волнами накатывали на него.Сначала он думал, что скоро это прекратится, и вновь наступит тишь да благодать, но давление извне только усиливалось.Он почувствовал панику.А что, если это конец? Если это снова переход – на этот раз обратно, в небытие? И жернова судьбы вновь растирают его в прах? Пожил, осознал свое существование – и все, обратно, в черную пустоту…Это длилось довольно долго, и лишь иногда случались передышки, во время которых