Майор запаса стр. 79
зал через иллюминатор двери, ведущей в главный коридор. У нее был ужасно удивленный вид, когда она увидела, что здесь в отсеке мертвые люди. Я лежала, повернув лицо к полу, чтобы не было заметно дыхательной маски, и пряталась среди мертвых тел моих новобранцев... Вряд ли можно сказать, что я.., покрыла себя.., славой...
Шон вынул из кармана носовой платок и вытер Яне лицо. Только тогда она осознала, что плачет. Она забрала у Шона платок и стала яростно тереть лицо, не желая терпеть непрошеное сочувствие.
Шон медленно отстранился и тихо спросил:
— А как тебе удалось оттуда выбраться?
— Станционный компьютер связался с компьютером корабля, они послали спасательную медицинскую команду и включили подачу кислорода. Помощь подоспела довольно быстро, но я к тому времени уже была без сознания. И пришла в себя уже в госпитале на станции “Андромеда”. Я не могла даже пошевелиться от слабости, а дышала я через автоматический респиратор. Насколько я поняла, в живых осталось всего четверо или пятеро из нас, но встречаться нам не позволяли. А как только мы чуть поправились и смогли говорить, нас долгие недели терзали вопросами — что мы предприняли, чтобы помочь выжить другим? Сперва они даже думали, что я вступила в сговор с повстанцами. Но потом им удалось запугать
каких-то администраторов на Бремере, и они признались, что они и есть террористы. Нас оправдали, их казнили... — Яна пожала плечами — что тут еще можно было сказать? — Ну как, хорошенькая вышла бы из этого песня, а?
Шон встал с кровати и, ни слова не говоря, обнял ее за плечи. Яна старалась не плакать, ей не хотелось, чтобы ее жалели. Ей не нужна была чья-то жалость и сочувствие. Но она вдруг ощутила неожиданное, но непреодолимое желание крепко-крепко прижаться к Шону Шонгили — тем более что он сам был как будто не против.
— Я... Извини, я не могу рассказать ничего особенного про ребят с этой планеты, — сказала Яна, уткнувшись лицом в плечо Шона.
Он обнял ее еще крепче, и Яна расслабилась в кольце его сильных теплых рук, закрыла глаза и поняла, что ей действительно стало легче оттого, что она обо всем этом рассказала. И еще ей стало легче оттого, что Шон до сих пор ни разу не заикнулся о том, что ей следовало бы делать вместо того, что она делала на самом деле, чтобы спасти вверенных ее попечению ребят.
Она несказанно удивилась, когда Шонгили сказал:
— Одевайся.
— Что?
— Ты ведь не очень устала, правда?
— Нет, и ложиться спать прямо сейчас я тоже не собираюсь, — сказала Яна, быстро вытерла мокрые щеки тыльными сторонами ладоней и посмотрела Шону в глаза.
— Я хочу повезти тебя кое-куда...
— И куда?
— В то место, где мы очищаемся от всякой грязи. Пойдем.
Яна натянула свои стеганые штаны и парку, шапку, шарф и рукавицы и положила бутылочку с лекарством обратно во внутренний карман куртки.
— Но ты ведь уже не думаешь, что я смогу про все это петь? — Яна посмотрела на диктофон, лежащий на столе.
— Посмотрим, что ты сама будешь об этом думать... — загадочно ответил Шон и мягко подтолкнул Яну к двери. Его рука задержалась у нее на затылке, между краем шапки и