Библиотека

Македонский Лев стр. 6

Размер шрифта
-
+
Тема

персидский царь Ксеркс не выставил против них своих Бессмертных. Десять тысяч лучших воинов Персии, отобранных со всей великой империи, превосходно натренированных, элитных бойцов. И спартанцы посрамили их. Сердце Пармениона затрепетало, когда он представил себе этих суровоглазых мужей в литых бронзовых шлемах, их кроваво-красные накидки и сверкающие мечи. Мощь Персии — мощь всего мира! — сломалась о мечи Трехсот Спартанцев. Он повернулся на юго-восток. Там, скрытый сейчас от глаз, находился монумент Царю, который погиб в том бою. Преданные греками, спартанцы были окружены и вырезаны все до одного. Они знали о предательстве, и приближенные убеждали Царя покинуть поле боя. Сказанные им тогда слова запали в сердце каждого спартанца: «Спартанец покидает бой со щитом — или на щите. Никакого отступления не будет». Парменион находил своеобразную иронию в том, что наиболее почитаемый им герой и самый лютый враг делили ту же кровь и то же имя — Леонид. И временами он предполагал, что Царь-легенда мог быть таким же жестоким, как и его тезка-потомок. Парменион надеялся, что герой все же не был таким.

Парменион взобрался на верхнюю точку акрополя и посмотрел на город, окружавший холм. Менее 30 000 человек обитали здесь, но они держали в страхе всех от Аркадии до Малой Азии, от Афин и до Иллирии. Ни одна спартанская армия никогда не была разбита в открытом бою равным по численности противником. Спартанский пеший воин — гоплит — был опаснее трех афинян, пяти фиванцев, десяти коринфийцев и двадцати персов. Эти таблицы сызмальства вбивались в головы спартанских детей и запоминались ими с гордостью.

Македонцы не были занесены в Спартанские таблицы. Едва считаясь греками, они были варварским, недисциплинированным племенем с холмов с ничтожным культурным наследием, большая часть которого была ими позаимствована у более развитых соседних народов. — Я спартанец, — произнес Парменион вслух. — Я не македонец.

Статуя Зевса продолжала взирать на далекую гору Илиас, и слова Пармениона, казалось, были сказаны

в пустоту. Мальчишка вздохнул, вспоминая беседу минутной давности с Гермием. «Ты жесток ко мне, Парменион. Но ты прав. Я люблю тебя, как брата, и все же не вижу в тебе спартанца. Я понимаю это головой, но мое сердце…» «Тогда почему другие — кто не приходится мне другом — должны принимать меня?» Будучи малым ребенком, Парменион испытывал не так уж много сложностей с другими детьми. Но в семь лет, когда всех спартанских мальчишек забирали у родителей и отправляли в бараки для обучения воинским искусствам, он впервые пострадал за свою смешанную кровь. Леонид — названный так родителями в честь славного Царя — стал насмехаться над ним, упомянув среди прочего, что полукровка обязан поклониться ему, как покорный человек из расы рабов.

Меньший и младший, Парменион набросился на него, обрушив кулаки в лицо старшему парню. Леонид жестоко избил его тогда — и много раз после. Хуже того, Леонид происходил из знатной спартанской семьи, и многие другие мальчишки из Бараков Ликурга искали его расположения. Парменион стал изгоем, гонимым, ненавидимым всеми, кроме Гермия, — этому даже Леонид не мог ничего сделать, поскольку он был сыном Парнаса, друга самого Царя.

На протяжении восьми лет Парменион сносил удары и оскорбления, убежденный, что придет день, и их глаза станут смотреть

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.