Макияж для гадюки стр. 115
резинка, точно такая, какую вдергивали раньше в трусы, так что Виктории хотелось иногда оттянуть галстук и чтобы он потом щелкнул Венечку по носу.
Не было галстука. То есть был, но шелковый, итальянский, в разводах. Костюм тоже был шикарный, серый в жилочку. Новые ботинки блестели. В руках Венечка держал букет темно-красных роз и сиял из-под букета как медный самовар.
Виктория Юрьевна в первый момент слегка растерялась от такого великолепия и попятилась назад. Венечка просочился в квартиру и молча протянул ей букет. Поскольку Виктория букета не приняла, ему пришлось положить его на тумбочку.
– Виктошенька! – заговорил он, освободив руки и картинно прижав их к сердцу. – Дорогая! Я вернулся!
– Ты забыл бритвенные принадлежности? – холодно поинтересовалась Виктория Юрьевна. – Они в ванной. Хотя… кажется, я все выбросила.
Венечка нисколько не огорчился, но, уловив настроение жены, пригасил собственное сияние и заговорил более спокойно:
– Виктория, мне не нужны бритвенные принадлежности. Мне вообще не нужно ничего из прошлой жизни. Я начал новую жизнь! Ты разве не замечаешь?
Он ослабил узел галстука и начал теребить его, так чтобы Виктория заметила, какой он дорогой фирмы. Виктория Юрьевна подумала, что если бы Венечка мог, он носил бы пиджак наизнанку, чтобы видны были бирки.
– Виктошенька, у меня куча денег. – Венечка рассмеялся дребезжащим смехом. – Мы будем вместе их тратить. Я уже уволился с работы.
– Ты не забыл, что ушел от меня? – с металлом в голосе спросила Виктория. – Ты мотивировал свой уход тем, что я нехозяйственная, не умею готовить и совершенно о тебе не забочусь. И что наша связь, ты так и сказал – связь, была ошибкой. Ты поддался минутной слабости и потому ушел от первой жены, которую, как оказалось, ты все еще любишь. Она понимает тебя лучше, чем я, готовит лучше, чем я, и вообще она во всем меня превосходит. Ты это говорил?
– Но, дорогая… – Венечка замахал руками и сделал намерение приблизиться к жене, но Виктория смотрела так грозно, что он не посмел этого сделать.
– Но я же не знал, что Александра… – жалобно заговорил Венечка. – Поверь, Виктошенька, для меня это был шок! Ведь мы прожили с Александрой много лет, но я и подумать не мог…
– Я думаю, ты так обрадовался наследству, что быстро оправился от шока, – процедила Виктория.
– Я не понимаю, – обиделся Венечка, – я не понимаю твоего тона, Виктория. Я пришел к тебе по-хорошему. Хочу предложить тебе новую жизнь, а ты встречаешь меня упреками.
Он уволился с работы, вспомнила Виктория, вот там, наверное, обрадовались. У него теперь куча свободного времени и много денег, он
желает развлекаться. Но он понятия не имеет, как это делается. Он даже в магазины раньше не ходил, посылать его обходилось себе дороже, потому что он вечно все путал и покупал не то. Ему и тут нужна нянька и кто-то, кто будет слушать его бесконечные сентенции. Если раньше можно было хлопнуть дверью и уйти, то теперь, если она согласится жить с Венечкой, у нее не будет этой возможности. Он в своем праве, он будет воспитывать ее, нудить и канючить. Да еще небось и все время напоминать, что он вытащил ее из грязи в князи.
Представив, что всю оставшуюся жизнь ей придется