Мальчик девочку искал стр. 102
он: "Твой знакомый мальчик тоже будет там…" А я…
– А ты? – тихо спросил Авка.
– Я подумала: "Больно я ему там нужна…"
– Я же не там, а здесь, – совсем уже тихонько сказал Авка.
– Да… ты молодец…
И оба замолчали от смущения, которое накрыло их как пушистым платком. А луна горела все пуще, а цветные взмахи света всё пролетали по траве и по башне. Музыка вдали играла "Вальс трех китов".
Наконец Авка спросил (чтобы хоть что-то сказать):
– А кто твой папа? Раз он там, на встрече…
– Ох… – Звенка вынула руки из его ладоней. Низко наклонила голову. – Ты только не сердись на меня…
– За что?
– Я в тот раз не сказала… Папа вице-президент Никалукии.
– Ну и что?
– Некоторые думают… если дочка важного лица, то вся такая воображала…
– Ты же не такая!
– Не… Да я не столько папина дочка, сколько дедушкина внучка. Все так говорят.
– А где твой дедушка?
– Наверху, у фонаря. Смотрит в трубу на все это представление… Хочешь наверх?
– Ага… потом…
– А с папой я тебя тоже познакомлю. Он вовсе не какой-то там солидный чин и генерал. Наоборот. Ты не бойся…
– Да я и не боюсь. Чего такого! – расхрабрился Авка от смущенья. – Мы недавно играли в чопки с самим императором. Гуська, скажи! – И опять оглянулся На Гуську.
Тот стоял теперь поодаль. Вместе с лохматым Кактусом. И не только с ним. Рядом была еще девочка. В таком же, как у Звенки платьице, тонкая, ростом с Гуську. Белоголовая (луна искрилась в ее волосах).
– Кто это? – шепотом удивился Авка.
– Лютик. Внучка дедушкиного друга, в гости приехала…
Гуська что-то показывал на ладони девочке с мальчишечьим именем Лютик (а может, и не с мальчишечьим; может, здесь так принято). Загорелась на миг зеленая искра. Гуська засмеялся негромко и переливчато. Он редко так смеялся – лишь тогда, когда было ему очень-очень хорошо.
"Ну вот и славно, – подумал Авка. – Вот и… просто чудесно". И с души скатился последний камушек.
Он опять взял Звенку за руки – теперь уже смело – и повел к качелям. Сели рядышком. Между ними бесцеремонно протиснулся растрепанный кот. Заурчал. Можно было различить, что он рыжий.
– Это Фонарь?
– Это Плюха. А Фонарь вот, погладь его.
Авка нагнулся и погладил черно-белого Фонаря. Тот начал елозить пушистым боком про Авкиной ноге, словно хотел стереть с нее густые царапины.
Гуська опять засмеялся в отдалении. И девочка Лютик тоже…
– Тебе сильно влетело за тот полет? – осторожно спросил Авка.
– Не сильно. Средне. Конечно, ругали, но и радовались: вернулась живая-здоровая. А гравитоплан заперли на семь замков.
– А учебник пригодился?
– Не очень. Никто не поверил, все говорили, что чья-то шутка. А потом начальник секретного комитета спрятал его в сейф.
– Бзяка!
– Да…А правда, что это ты заставил ваших китов сдвинуться с места? – Звенка наклонила к нему голову. К самой щеке.
– Какие у тебя волосы… щекотательные… – вздохнул Авка.
– Ну, скажи. Про китов…
– Я не заставлял, а попросил. И не я даже, а профессор Уко Двуполовинкус… Двуполовинус то есть… Там была такая куча приключений. Ты и не поверишь..
– Я поверю! Расскажи!
И Авка стал рассказывать. Всё по порядку. От путешествия к сухому осокорю и до